Достаточно скоро они подошли к месту, которое он видел во сне и так страстно желал найти. Солнце ещё не подобралось к зениту, воздух горячился и пел, но здесь, возле каменного хаоса, было зябко и неуютно.
- Вот, - сказал Антон, повернувшись к Оксане и стараясь, чтобы голос звучал бодро. - Здесь под камнями, возможно, скрывается куча интересных вещей.
- Не похоже, что здесь что-то искали. Антон, - Оксана удержала его за локоть и заставила посмотреть на неё. - Что ты скрываешь?
Парень вздохнул, не зная, как рассказать ей праву, но всё же решился:
- Мне сон необычный приснился, что прямо здесь лежит древнее золото. То самое, о котором вчера дядя Миша рассказывал. Я очень хочу проверить, вдруг, оно, и правда, здесь.
- Ты с ума сошёл???
- Может быть. Извини, мне очень надо проверить! Я немного завал разберу, ладно, если ничего не найдём, присоединимся к нашим. А если ты мне поможешь, будет гораздо быстрее. Давай, ладно?
Не дожидаясь ответа, Антон принялся отбрасывать тёплые шершавые камни. Немного поколебавшись, Оксана присоединилась к нему со словами:
- Это самая большая глупость, о которой я слышала, но так мы быстрее справимся и уйдём отсюда!
Камни гулко ударялись боками, ловко скатывались, подпрыгивали, как живые. Скоро Антон увидел, что за грудой мелких обломков скрывается крупный валун, который не без труда удалось отодвинуть. Сразу за ним оказалась небольшая расщелина, слишком узкая, чтобы пролезть в неё.
- Я думал, тут как в легенде будет. Грот какой-нибудь или что-то типа того, - растерянно проговорил Антон.
- Как в легенде? Ну, смешно просто! - зло откликнулась Оксана. Её волосы растрепались, лоб блестел от пота, а руки покрылись синяками и ссадинами. Но Антон уже ничего не хотел замечать.
- Подожди минуту, я всё же проверю, что там, - сказал он, лёг прямо на горячую скалу и просунул руку в щель. Пальцы нащупывали только голый камень, мелкие сухие веточки, а затем что-то странное, плоское и гладкое. Антон схватил находку и вытащил руку. Когда он разжал кулак, Оксана тихо ахнула: на широкой, исцарапанной острыми краями камней ладони лежали небольшие потемневшие кружочки, напоминающие...
- Монеты, - изумлённо прошептала девушка. - Не может быть.
У Антона резко закружилась голова. Облизнув пересохшие губы, он крепко зажал в кулаке сокровища, наклонился к валявшимся рюкзакам, одной рукой пошарил в боковом кармашке и достал целлофановый пакет. Туда он бережно опустил монеты, затем потянул шнуровку основного отделения, достал свитер, который взял с собой на случай холодных ночей, завернул пакет в него и снова затолкал в рюкзак. И только после этого сказал:
- Там, наверное, ещё есть.
Снова лёг и опустил руку в расщелину. Но больше не нащупал ничего интересного.
- Странно, должно быть ещё!
- Антон, - подала голос Оксана. - Нам надо идти. Мы уже очень долго тут, нам же ехать сегодня домой...
- Как же я уеду теперь? Здесь богатство лежит, а мы всё бросим?
- Но нас, наверное, уже заждались, - она достала из кармана телефон и вгляделась в экран. - Чёрт, связи нет. Времени много - надо идти! Мы ведь даже не ели ничего с утра, давай хоть по дороге бутерброды съедим...
Антон ещё долго не мог оторваться от расщелины, шарил внутри, пытаясь отыскать золото, но Чатырдаг больше не хотел делиться сокровищами. В конце концов, он поддался на уговоры и пошёл за Оксаной.
Девушка была права: их искали, пытались дозвониться. Путешествие к россыпи заняло больше времени, чем рассчитывал Антон, и теперь дядя Миша заявил, что до темноты спуститься они уже не успеют. Это значит, что придётся провести ещё одну, незапланированную, ночь в горах, при том, что погода стремительно портится.
Паша, который собирался потратить следующий день на учёбу, здорово обиделся на друга. Таня по-прежнему молчала, только бросала удивлённые взгляды на Оксану. А та была необычайно задумчива и старалась лишний раз не смотреть на Антона, который тоже вёл себя, по меньшей мере, странно. Он постоянно смотрел вдаль, не отвечал на вопросы и только бережно прижимал к себе рюкзак, словно боялся потерять его.
Остаток дня прошёл бестолково. Гитарная песня уже не лилась, да и разговор не клеился. Наскоро поужинали и довольно рано разошлись по палаткам.
И снова Антон не спал. Он лежал, прислушиваясь к гулкому биению собственного сердца и свисту ветра снаружи. Перед глазами плыли круги, жёлтые, сверкающие, ослепляющие, как тысячи солнц. А где-то в сердце скалы так же горели монеты, золото крымских ханов, с помощью которого они покорили народы. А ему бы хоть немного богатства. Никого он не собирается покорять, и зло сеять не хочет. Просто выбраться бы из ямы, бросить ненавистный техникум. Пашка здесь прозябает, потому что на большее мозгов не хватит, и Тане деваться некуда, покуда мать болеет, а его сюда родители-рабочие засунули. Потому что нет денег на институт. И на шмотки нет. Всех развлечений - только в горы и сходить.
