Антон осторожно поднялся, нащупал мобильник и потянулся к вещам, но сразу одёрнул руку. Нет, рюкзак помешает. Он только захватил куртку, затем выбрался из палатки, немного подождал, убеждаясь, что все спят, и при свете фонаря на телефоне направился к россыпи. Теперь он решил идти один. Его не пугали нахлынувшая тьма, ветер и грузные тучи над головой - как одержимый, он шёл по уже знакомому маршруту. Ночью всё казалось иным, но Антона словно вёл кто-то невидимый, так что он ни разу не оступился и не свернул с тропы.
И вот снова место, виденное во сне. На этот раз камень показался неприятно холодным, когда парень лёг на него и нащупал рукой край расщелины. Антон твёрдо решил тщательно всё исследовать, ведь в легенде речь шла не о нескольких монетках, а о несметном богатстве. И снова пальцы наткнулись на холодные кругляшки - золото появилось в расщелине. Но не успел Антон вытащить руку, как ветер с силой взревел, пахнуло незримой и пока неясной опасностью. Палат-гора задрожала, словно в ознобе, мир сжался до размеров точки и исчез...
Подземный толчок и гул катящихся камней разбудил лагерь. Первой из палатки выбралась Оксана, которая в эту ночь спала слишком чутко и тревожно, за ней вышла подруга. Цедя сквозь зубы ругательства, показался дядя Миша, за которым, широко зевая, не отставал Паша.
- Ещё этого не хватало, - ворчал мужчина, нервно вытирая вспотевшие ладони прямо об мастерку, которую, похоже, не снимал ни днём, ни ночью. - Ладно, не тушуйтесь: в горах ещё не то бывает.
- А Антон-то где? - спросил Паша, оглядывая поляну, освящённую только тусклым светом их телефонов.
- Как так, где? - удивился дядя Миша. - Он же в палатке рядом с тобой дрых.
- Да нет, когда я проснулся, его не было. Я подумал, что он раньше вышел.
Таня ойкнула, Оксана побледнела так, что это стало заметно даже в неясном свете.
Дядя Миша ругнулся, нырнул в палатку и через минуту вылез с большим фонарём в руках. Яркий луч осветил поляну, в контурах которой чётко обозначились вытянутые тени.
- Анто-о-о-н, - позвал Паша, но ответа не получил. - Нашёл время шутить!
- Я знаю, где он, - прошептала Оксана.
- Что? - дядя Миша резко повернулся к ней и придвинулся, держа фонарь так, чтобы хорошо видеть её лицо. - Куда он пошёл?
- К россыпи, - девушка говорила с трудом, глядя в сторону и мелко дрожа. - Мы были там. Антон сказал, что хочет найти золото... ну, как в легенде, которую вы рассказывали. Мы долго убирали камни, а потом увидели щель в скале...
- Какое золото? - взревел дядя Миша. - Ты соображаешь, о чём говоришь? Это легенда, такие детям рассказывают! Нет в Крыму золота!
- А что, может, и есть? - нервно хихикнул Паша. - Вот Тоха молодец, разбогатеть решил! Ну а что? Легенда ведь на чём-то основывается, вдруг, и правда тот хан сокровище нашёл...
- Да с тех пор Чатырдаг весь перерыли, спелеологи вон пещеры изучали, неужели не наткнулись бы на золото? Эх, Тоха, дурак! Поверил в детские сказки! А ночью его чего туда понесло?
- Не знаю, - прошептала Оксана. - Только это не сказки! Антон действительно монеты нашёл, совсем немного. Он говорил, что должно быть ещё, наверное, пошёл искать дальше. Сейчас я покажу!
Она бросилась к палатке, в которой ночевали мужчины. Сразу за входом стояли в ряд рюкзаки. Оксана выставила вперёд мобильник, в его голубоватом свете узнала тот, который принадлежал Антону, и, положив телефон на пол, принялась на ощупь развязывать толстый шнурок, стягивавший края. Наконец, узел поддался. Девушка вытащила свитер и стала шарить в складках, пока рука не нащупала пакет. Оксана схватила его и поспешила наружу.
Антон чувствовал, как медленно возвращается сознание. Сначала появились звуки: неясный потусторонний шум, гул, какой бывает, когда подносишь к уху морскую раковину. Приоткрыв глаза, он видел только белёсые пятна да мелкие колючие снежинки, кружившиеся с тошнотворной скоростью. Впрочем, скоро они разбежались в стороны, головокружение немного ослабло, и он понял, что лежит в закрытом помещении прямо на жёстком полу.
Застонав, парень приподнялся на локтях, помотал головой, которая сразу вспыхнула болью, и попробовал осмотреться. Он находился в небольшой пещерке с влажными блестящими стенами. За спиной каменная стена круто поднималась, с неё ещё сыпались мелкие осколки породы, а почти под сводом виднелось круглое оконце, в которое заглядывало сапфирово-угольное небо. Скоро глаза привыкли к полумраку - Антон уже хорошо различал каменные выпуклости, лужицы воды и тёмные кружочки, которые усеяли пол. Непостижимым образом он попал прямо к золотой россыпи, в самое сердце Чатырдага.
- Достаточно? - прозвучал дребезжащий голос.
Антон вздрогнул, чувствуя, как в висках застучала кровь, а на макушку словно полился тонкой струйкой кипяток. Чуть сбоку, не замеченный сразу, стоял старик - тот самый, смуглолицый, бородатый, в рубахе и шароварах. Теперь особенно выделялись его глаза, похожие на тлеющие угольки.
Не понимая, что делает, Антон машинально сложил пальцы так, как его учила ещё в детстве бабушка, и поднёс их ко лбу.
