– Не вини себя, – она попыталась его успокоить, но не могла найти слов. Их просто не было.
Махнув рукой, Михаил Андреевич лег на диван, отвернувшись лицом к стене.
На следующий день он не вышел на службу. Трель телефонного звонка все утро разливалась по зловещей тишине квартиры.
– Не берите трубку, – строго приказал Шаткин жене и дочерям.
После обеда к нему приехал начальник штаба и, не здороваясь, закричал с порога:
– Почему не на службе? Разве вас уволили?
– Я поступил на службу членом партии, – перебил его Михаил Андреевич. – И появлюсь там тогда, когда меня восстановят. Неужели никто этого не понимает?
Начштаба осекся:
– Ох, не баловал бы ты… Как бы хуже не было…
– Хуже некуда.
Всю ночь супруги не спали. Михаил Андреевич, потягивая крепкий чай, спрашивал жену:
– Что делается, Маша, что делается? Куда мы катимся? Как мы будем жить? – Он тяжело вздыхал. – Кого арестовывают? Тех, кто всю свою жизнь посвятил делу революции, кто не прятался за чужие спины и не отмалчивался на собраниях и совещаниях, пытаясь бороться с недостатками, мешавшими укреплению флота. – Замполит подошел к портрету Сталина, висевшему на стене. – Интересно, знает ли он, что творится вокруг него? – И, помолчав, добавил: – Наверное, нет.
Тяжело ступая на ватных ногах, Михаил Андреевич прошел в кабинет, бросив на ходу:
– Иди спать, Маша. Тебе завтра рано вставать.
Его слова больно отозвались в сердце Марии Ильиничны. Засевшая в голове мысль об ожидавшей их семью беде мешала заснуть.
Женщине удалось задремать лишь под утро. Настойчивый стук в дверь разбудил ее.
– Я открою. – Мария Ильинична тенью метнулась в прихожую.
Через несколько секунд в комнату вошли трое мужчин в штатском. Один из них, высокий, с одутловатым лицом, резко спросил, не поздоровавшись:
– Оружие есть?
– Если вы за этим, то зря потеряете время, – ответила женщина.
Ее не слушали.
– Приступаем.
Из маленькой комнаты показались две девичьи головки. Это проснулись разбуженные стуком Валя и Нонна.
Поглядев на их заспанные мордашки, высокий, улыбаясь, спросил:
– Девочки, у папы есть пистолет?
Нонна испуганно затрясла головой, а Валя вдруг рванула к комоду с бельем и, открыв дверцы, принялась что-то лихорадочно искать.
– Вот. – Она достала сверкающее лаком оружие.
Сотрудник НКВД погладил ее по плечу.
– Молодец! Из тебя вырастет настоящий человек! – И, обратившись к коллегам, скомандовал: – Решительнее, ребята! Не мне вас учить, как надо работать!
