Обыск продолжался до восхода солнца. Несмотря на то что незваные гости вынесли все книги и много вещей, по их неудовлетворенным разочарованным лицам Мария Ильинична поняла: самого главного они не нашли. Но что им было нужно? Может, теперь их оставят в покое? Где-то в глубине души затеплился огонек надежды, но тотчас погас под грозным окриком старшего:
– Гражданин Шаткин, будьте добры следовать за нами!
– Как вам будет угодно! – шутливо поклонился Михаил Андреевич. – Тем более мне придется идти налегке. Мои вещи почти все у вас!
Мария Ильинична, изо всех сил старавшаяся казаться сильной и невозмутилой, не выдержала. По бледным щекам покатились слезы. Супруг подошел к ней и обнял.
– Не надо, Маша. Береги себя и девочек.
– Все будет хорошо. Я вытащу тебя оттуда, – прошептала она. – Невиновные не должны сидеть в тюрьме. Мы обязательно найдем какой-нибудь выход.
Однако в эту минуту ни один из них не видел выхода.
На следующий день Шаткина заставила себя выйти на работу. Ей казалось: в школе с детьми она на мгновение отвлечется от тягостных мыслей о муже.
Открыв тяжелую дубовую дверь, женщина прошла в вестибюль.
– Здравствуйте, Ира, – обратилась Мария Ильинична к учителю математики и своей давней приятельнице Ирине Петровой.
Та, испуганно кивнув, лишь прошептала:
– Все-таки пришла?
– А почему ты спрашиваешь?
Из приемной показалась молодая секретарь Елена с озабоченным лицом.
– Директор приглашает вас к себе.
– Сейчас буду. А по какому вопросу?
Всегда очень любезная, сегодня Елена избегала смотреть в глаза:
– Он сам вам скажет.
Шаткина поняла: сейчас подтвердятся ее худшие подозрения. Женам изменников родины не место в советских общеобразовательных учреждениях.
Директор средней школы № 8 Олег Геннадьевич Савичев, довольно полный для своих сорока с лишним лет, бросил на посетительницу взгляд из-под нависших бровей:
– Присаживайтесь.
– Спасибо.
Пожевывая толстыми губами, он, очень уважавший Марию Ильиничну и ценивший ее профессиональные качества, видимо, не знал, с чего начать. Хотелось по возможности смягчить удар:
– Вашего мужа арестовали. Это правда?
Шаткина опустила голову:
– Да.
Широкое лицо Савичева побагровело.
– Тогда я вынужден сказать вам. – Олег Геннадьевич вздохнул. – Возможно, все обойдется, и его выпустят. Я искренне на это надеюсь. Вот почему ваше место пока останется вакантным.
Марии Ильиничне показалось, что она ослышалась.
– О чем вы говорите? Я не собираюсь уходить.
Он тяжело задышал:
– Я вынужден уволить вас. С этого дня вы член семьи изменника Родины.
