– Я тоже скучал. Сильно, – я так радовался, когда стал старшим братом. Чуть появилась свободная минута – сразу спешил к моей проказнице. Играл, нянчился, учил, баловал безмерно… Лан была моим маленьким комочком счастья…
Но почему же счастье длилось так мало?… За что?…
– Ты ведь всегда будешь со мной? Правда-правда?
– Конечно, Лан… Я с тобой…
– Ее больше нет, Нак, – неожиданно раздался за спиной голос моего друга.
Рин положил мне руку на плечо, а я лишь сильнее зажмурился.
Нет… нет… неправда…
– Я знаю… Знаю… – девочка посмотрела на меня с немым вопросом в глазах, пока я нервно сжимал губы.
Вот же она… здесь, со мной… Моя малышка…
– Я могу развеять ее, – Лан посмотрела на принца, все ещё не понимая, как ее могут развеять.
– Не сейчас… Ещё немного… Дай мне ещё немного побыть с ней…
Не хочу прощаться с ней. Не хочу верить…
– Тебе нужно ее отпустить, друг. Душа Лан уже давно принадлежит иному телу.
– Знаю… – выдохнул я, всхлипывая. – Не хочу… Не хочу отпускать… Лан умерла из-за меня… Как я мог…
– Братик, ты не виноват! Ты у меня самый лучший! – сестрёнка вновь обняла меня так крепко, как только могла. А я ее… не чувствовал. Больше не чувствовал ничего, кроме тупой боли в сердце и руки на моем плече.
Тактильные галлюцинации исчезли, что означало, что Рин начал лечить меня. Выводить чёртову метаксерию из организма.
– Ты сделал все, что было в твоих силах. Твоей вины в этом нет.
– Как и твоей в смерти Ами… – я выдохнул и закрыл глаза.
Открыв же, Лан я не увидел.
Ее больше не было. Осталась лишь глубокая рана на душе и… пустота.
Я закусил губу, обнимая себя за плечи. Пытаясь уловить хоть мельчайшую частичку родного солнца.
Моя Лан…
– Вот что значит лучшие друзья, – грустно усмехнулся золотой дракон, присаживаясь рядом. – И проблемы похожи, и загоны, и побег от реальности… Только ты работаешь, а не чахнешь над бутылкой.
– А знаешь, я бы сейчас с радостью выпил чего-нибудь покрепче, – взъерошив волосы и вытерев слезы, глянул я на друга детства. Пытаясь отвлечься и погасить боль.
Рин недовольно зыркнул на меня, напоминая, что у кого-то с алкоголем больши-и-ие проблемы. Эта его моська позабавила меня, напоминая о беззаботном времени, когда его высочество больше походил на девочку из-за смазливого личика. Особенно когда смотрел так.
Лучше отвлечься на это…
– Да шучу я, шучу. Не серчайте, леди Золотце.
– Иди к черту, фиалковая эльфийка, – он пихнул меня в бок, не скрывая улыбки.
Эх, как давно это было… Этот придурок, в отместку, насильно переодел меня в фиолетовое платье и отдал на растерзание девчонкам. Вот и закрепились за нами прозвища.
– А если честно, у меня есть нетронутая бутылка коньяка-а-а…
– Откуда?! Мы же все выкинули! Ри-и-ин, – я строго посмотрел на товарища, но тот лишь пожал плечами.
– Остынь. Я сам не знаю, но решил не выкидывать. Приготовлю может что-нибудь.
– Дела-а-а. Леди Золотце приготовит свои фирменные пирожные?
– Закройся. Сам ведь с удовольствием все съедаешь, – усмехнулся принц, вставая с пола.
– А я и не спорю, – я последовал его примеру и поднялся на ноги. – Но бутылку конфискую, чтобы ты не нажрался снова.
Рин недовольно цокнул, строя из себя оскорбленную невинность, но тут же нахмурил брови, вмиг став серьезным.
– Артефакт был ловушкой?
– Никак нет. Обыкновенная пустышка без грамма магии, хоть и является осколком "Темной искры".
– А это… – он указал пальцем на стол.
– Аллергия, несколько литров энергетика, хронический недосып…
– И лучший катализатор, – закончил за меня Рин, сжигая ненавистную мне метаксерию. – Ты меня напугал.
– Не сильнее твоей феечки, – я усмехнулся, видя, как Его Высочество вновь не может сдержать себя, когда речь заходит о нашем темном маге. – Кстати насчет нее. Я нарыл информацию, которая тебе ой, как не понравится…
Теплая ладонь принца все ещё ощущалась на коже ярким пятном, словно отпечаток руки светился в темноте. И это золотое сияние покрывало все мое тело, приятно согревая.
Кровь пульсировала в венах. Отдавалась смущенным стуком сердца в каждом сосуде, в каждом капилярчике, обостряя ощущения.
Не думала, что буду так бурно реагировать на дракона… Видимо, мое тело жаждет общения с ним больше, чем я. И ластиться к нему – мое… истинное желание?
Может и так. Глупо это отрицать. Но что я точно знаю, так это то, что бурное проявление симпатии связано отнюдь не с любовью… Если только чуть-чуть.
А чувства и эмоции все продолжали обостряться, откровенно раздражая. Слишком ощутимо веяло холодом и сыростью от открытого окна, слишком отчётливо тело чувствовало каждую ворсинку на мягком одеяле, а нос сморщился, учуяв непривычно яркий запах моих любимых духов. Да что там! Даже вкус собственной слюны, и тот нервировал. Сладкая, словно очищенная вода, но с зубной пастой внутри, что противно скрипела на зубах.
Тихо взвыв от количества раздражителей, моя голова упала на подушку. Ненавижу эту часть заклинания. Но ничего не поделаешь. Придется потерпеть.
