Прогулявшись по территории, Юрий сел у тлеющих углей костра и несколько минут смотрел на это волшебное зрелище. Угли, как кровавые драгоценные камни, переливались всеми оттенками красного, отдавая свое тепло, чтобы потом превратиться в чёрную золу. Он вспомнил, как со своим отцом сидел у костра в этом же посёлке в детстве. Ночь, лето, на небе огромная луна, жареная картошка и тёплый свежий хлеб… Отец подбрасывал дрова в огонь, Юра сидел у костра с тяжелой кожаной курткой отца на плечах. От неё пахло дымом, кожей, машинным маслом, бензином и свежей рыбой. Все эти запахи перемешивались в один и получался чудный аромат, который давал ощущение уверенного покоя, нескончаемого счастья и уютного тепла. Отец рассказывал о своем детстве, о службе в армии, о том, как он работал рыбаком на Камчатке и о многом другом, о чем обычно отцы говорят своим сыновьям. Юра слушал внимательно, задавал много вопросов.
Вдруг размышления Юрия прервал хлопок и шипящий звук сигнальной ракеты. Красный шар взлетел над Карамкеном, а затем и осветительная ракета повисла в воздухе. Он достал из кармана рацию и запросил охрану. Те ответили, что всё нормально – просто подзагулявший медведь решил проникнуть на территорию. Мишку испугали, он сбежал. Теперь всё спокойно. В некоторых домиках зажёгся свет – видно, их обитателей встревожили неожиданные звуки и яркий свет посреди ночи.
С восходом солнца персонал, отвечающий за техническое обеспечение бытовых условий, уже вовсю трудился на площадках. Запустили новый генератор и подключали к электропитанию дополнительную кухню, жилые вагончики, баню и другие блага цивилизации. Орлинский вышел из тренажёрного зала, сбегал на Хасынку, окунулся и, рыча, как медведь, от большого удовольствия, обтёрся большим полотенцем с логотипом его любимой радиостанции.
После завтрака все дружно уехали на устье реки Ола порыбачить и поесть ухи из собственного улова, сваренной прямо там на берегу. Орлинский остался на месте и видел, как ребята в ярких жилетах установили на съезде с Колымской трассы знак «Карамкен» со стрелкой, указывающей в сторону посёлка. Знак был прямоугольный, но нестандартный, а поэтому – яркий и бросающийся в глаза: большие золотые буквы на тёмно-зеленом фоне. Очень красиво получилось. Юрий узнал стиль Алексея Алексеевича Диканьцева: тот как-то говорил, что установит знак на Карамкенском повороте в честь проекта «Золото Карамкена». Пусть все знают! Юра поддержал эту замечательную идею. Место тут волшебное и притягательное, красота опять же… Да и память должна быть о людях, о посёлке, который стране столько пользы принёс!
Прошел звуковой сигнал, и Орлинский снял рацию с пояса. Охрана приглашала его на КПП: сказали, что приехал курьер из Магадана с какой-то посылкой. Юра сел в японский внедорожник, который ему специально оставил Диканьцев, и поехал. До КПП было примерно метров четыреста.
Курьер молча посмотрел Орлинскому в глаза, вытащил из багажника своей машины коробку средних размеров из плотного картона, передал в руки Юрию, ещё раз посмотрел в глаза, сел в машину и уехал, так и не сказав ни слова.
Юрий вернулся в домик и вскрыл коробку. Там лежал аккуратный рюкзак из плотной ткани чёрного цвета. Всё, что он заказал у Каптёра, было доставлено. Во-первых, сам рюкзак из уникальной непромокаемой сверхпрочной ткани. Из оружия был тяжёлый боевой нож, нож поменьше и полегче, шесть метательных ножей, миниатюрный бесшумный пистолет с пятью обоймами, две осколочные гранаты, четыре дымовые шашки, мощная мина с часовым механизмом размером с банку сгущёнки, а ещё – два кастета из сверхлёгкого твёрдого сплава, монокуляр с функцией ночного видения, компас, аптечка, очки для защиты глаз, активные наушники, два тактических напульсника, мощный и компактный ручной фонарик, кевларовые перчатки, термобельё и ботинки индивидуальной работы. На самом дне коробки лежали штаны и куртка, которые были пошиты специально для Орлинского. Особо прочная ткань, на коленях и локтях усиливающие вставки, накладные карманы с мощными магнитными застёжками на куртке и штанах. Юрий всё аккуратно сложил в рюкзак, положил его под спальное место, довольно потёр руки и мысленно поблагодарил Каптёра.
В аптечке, кроме всего прочего, лежал небольшой православный молитвослов и ампула с сильнодействующим ядом. Орлинский улыбнулся. Он этого добра не заказывал, но мысленно ещё раз поблагодарил Каптёра за его уникальное чувство юмора.