Его лучший друг, лейтенант Эрнст Уздет сбил 62 самолёта противника и стал самым результативным асом Германии из оставшихся в живых. Позже он стал кумиром молодёжи своей страны. После гибели Рихтгофена командиром знаменитой авиационной группы был назначен Герман Геринг, который в конце войны и присвоил Уздету звание «капитан». Он сбил 22 самолёта противника. В отличие от «Красного барона» Геринг уже тогда имел крайне правые, националистические взгляды и замашки политикана. Он и создал позже, в нацистской Германии, культ Рихтгофена (несмотря на его левые убеждения). Небезынтересно, что в авиаполку Яста воевали: Рудольф Гесс (будущий заместитель Гитлера по партии); Генрих Мюллер (бесстрашный пилот, в одиночку бомбил Париж, будущий шеф гестапо); Рейнхард Гейдрих (будущий шеф СД) и некоторые другие «фюреры» помельче. Плюс Геринг и Уздет. Тёплая подобралась компания. Однако приходится признать, что в авиации нацистов Геринг восстановил элитную часть «Эскадрилья Рихтгофена» из-за того, что в руководстве Германии было подавляющее большинство бывших лётчиков. Хотя использование имён народных героев в своих целях характерно для политиканов всех стран как раньше, так и в настоящее время, от США до Северной Кореи включительно.
Рем покрыл себя славой на полях сражений в пехоте. Начав солдатом, благодаря своей отваге он закончил войну капитаном. То, что дома было недостатком, на фронте превратилось в достоинство. Он усовершенствовал своё мастерство драки, и теперь каждый удар грозил стать смертельным. Он научился убивать, и его стало не остановить. При виде французских голубых мундиров кровь бросалась ему в голову. Его так и прозвали – бешеный. Он убивал ударом кулака, каской, штыком, сапёрной лопаткой, стволом пулемёта, прикладом, ногой и головой. Он взял более ста языков и только половину из них довёл до своих окопов. Остальным он просто сворачивал шею руками, когда они начинали голосить на нейтральной полосе.
Его имя наводило ужас на врага. Он был к ним беспощаден. Одного только слуха, что перед ними находится рота капитана Рема, было достаточно, чтобы в оборону выставить полк. Он набрал в свою роту таких же отчаянных головорезов, каким был сам. Они ходили вечно полупьяные, грязные, у каждого было с десяток часов на руках и по перстню на пальцах. Зато в штыковой с ними было не справиться. Для своих подчинённых Рем был царь и бог. Он делился с ними последним и никогда не давал в обиду «тыловой сволочи», так он называл штабных. В июле 1918 года, когда Западный фронт немцев вдавил неприятеля в районе Реймса и до Парижа оставалось всего 60 км, в прорыв бросили роту капитана Рема, которая и взяла пригород. Решив немного передохнуть перед входом в столицу Франции, Рем дал сутки на разграбление городка. Однако ночью французы перешли в наступление во фланг роте. Пьяные, разбухшие от грабежей и насилия, они дрались ещё сутки, однако все были перебиты. Этот контрудар французской армии произвёл поворот в ходе всей кампании. Силы германских войск были окончательно подорваны. Тяжело раненного в грудь Рема вытащил денщик с поля боя. Положив своего командира на тачку, изъятую у какого-то лавочника в городке, он протопал с ним около 100 км и успел сдать в лазарет, который уже спешил эвакуироваться. Так повторилась история его юности, и он опять выжил. Ордена и слава были добыты им своей кровью.
Однако после войны у этих капитанов, кавалеров высшей военной награды Германии – ордена «Пур ле Мерит» («За заслуги перед Отечеством»), не осталось ничего: родители умерли, дома разрушены, в Мюнхене еле теплилась жизнь. И, едва демобилизовавшись, они пошли к Веттингу. Друзья слышали, что Рихард работает на правительство Веймарской республики, являясь его представителем в Баварии. Он жил в центре города, в гостинице, в номере люкс. Едва они подошли к его апартаментам, как дверь распахнулась и из номера вышла прекрасная дама. Ветераны онемели. Такой красоты они ещё не видели. Высокая, белокурая, статная, с большой грудью и широкими бёдрами, в то же время узкая в талии, удивительно пропорционально сложенная, женщина отличалась тонкими чертами лица, гармоничностью фигуры и рельефностью форм. Автор, который видел её портрет, считает, что именно такой немцы представляют Брунгильду[17]. Следом выскочил Рихард и поспешно затолкал друзей в номер. Несколько минут все напряжённо молчали.
– Кто это? – почему-то шёпотом спросил Уздет.
– Жена моего клиента, – тоже шёпотом ответил Веттинг.
– Кто это? – заорал Рем и шутливо схватил его за грудки. – Говори или тебе конец!
– Это Магда Квант, жена миллионера Кванта, я его консультирую по налогам.
– Только не лги, что у вас платонические отношения, – произнёс Уздет.
– Я и не лгу.
Друзья захохотали.
