Появление незнакомца старшие восприняли бесстрастно, а малец издал удивленный возглас, спрятавшись за деда.
Мужчина что-то сказал остальным на своем языке, пригласив гостя к очагу.
Затем Илья, так его звали, поинтересовался, чем может помочь.
— Мне нужно выйти к Петрозаводску, там моя часть.
— Ой-е?! — удивился тот. — Это далеко, однако, дня два на олешках.
— Выведи, пожалуйста, я в долгу не останусь, подарю тебе «калаш», — хлопнул гость по лежавшему на коленях автомату.
— Как так, он же казенный?
— Ничего, у меня в части еще есть.
Илья о чем-то живо залопотал со стариком, показывая то на гостя, то на его оружие.
Тот что-то ответил, благосклонно кивнув головой с длинными седыми волосами.
— Мы с отцом согласны, однако. Сегодня отдыхай, а завтра утром поедем к городу на олешках.
Затем хозяин вышел из чума и вскоре вернулся с молодым парнем.
— Мой брат, Василий, поедет с нами.
— Нет вопросов, — согласился Огнев.
Далее вся семья и гость уселись у очага, где каждый получил по миске душистого бульона с куском жирной оленины и ломтю черствой лепешки. Огнев, покопавшись в рюкзаке, извлек из него армейскую флягу, предложив хозяевам спирту.
Те оживились и с готовностью протянули кружки.
После еды, завершившейся чаем, мужчины закурили трубки, завязался разговор, длинный и неторопливый.
Засиделись допоздна, а потом улеглись спать на оленьих шкурах.
Рано утром, простившись с радушными хозяевами, Юрий с Ильей и его братом на двух оленьих упряжках отправились в дорогу.
На исходе второго дня, в морозных сумерках, на горизонте возникло дрожащее море огней, а затем смутные очертания города.
— Сайнаволок, — ткнул пальцем туда Илья, — по-вашему Петрозаводск. Дальше не поедем.
— Ну что же, спасибо за помощь, — вылез из нарт Огнев. — Держи, как обещал, — протянул Илье покрытый изморозью автомат с полным магазином. — Пользоваться им умеешь?
— Не боись, начальник, моя оружие понимает.
На том и расстались.
Взмахивая хореями и покрикивая на оленей, его спутники умчались назад в тундру, а Огнев проверил за поясом ТТ и двинул к городу.
Вскоре вышел на окраину, застроенную одно- и двухэтажными деревянными домами.
— Который час? — поинтересовался беглец у пожилой женщины, шедшей с ведром воды от водопроводной колонки.
— Двенадцатый, сынок, уже поздно.
— А откуда здесь можно позвонить?
— Только с вокзала, езжай туда, остановка через два дома.
— Спасибо, мать.
На остановке с покосившимся навесом было пусто и ветрено. Минут через двадцать к ней подрулил расхлябанный автобус, на котором Огнев добрался до железнодорожного вокзала.
Опасаясь, что армейский камуфляж, рюкзак и заросшее лицо привлекут внимание, Юрий, избегая освещенных мест, пробрался к висевшим на стене телефонам и набрал номер. Как и многое другое, он профессионально запечатлелся в мозгу полковника.
В трубке возникли длинные гудки, затем женский голос произнес:
— Алло, я вас слушаю.
— Зея, здравствуй, это Огнев.
Минутное молчание и почти крик:
— Юра, это ты? Откуда?!
— С железнодорожного вокзала.
— У нас горе, Юра, Леша погиб.
— Как погиб, когда?!
— На днях, вчера похоронили.
Лицо Огнева окаменело, на щеках вспухли желваки.
— Мне страшно, ты можешь зайти? — всхлипнула Зея.
— Конечно, но куда?
Дрожащий голос назвал адрес.
Через десять минут, поймав у вокзала частника на старых «жигулях», Огнев ехал в сторону центра.
— Давай, друг, давай, гони, — торопил Огнев водителя, словно это могло что-то изменить.
— Быстро едешь — тихо понесут, — пробурчал тот, но газу прибавил.
Минут через двадцать автомобиль встал у высотки в центре. Огнев расплатился, вскинул на плечо рюкзак и, оглянувшись, вошел в подъезд.
Лифтом поднялся на пятый этаж и позвонил в дверь нужной квартиры. Та почти сразу распахнулась. Зея с плачем бросилась на грудь.
— Юра, Юра, — лепетала она, — как хорошо, что ты приехал.
Сзади женщины, уцепившись за халат, стоял худенький мальчик лет пяти, испуганно таращась на гостя.
— А Леша говорил, ты в лагере, — утирая слезы, — прошептала Зея.
— Уже нет, — ответил Огнев. — Как погиб Алексей?
— Проходи, я все тебе расскажу, — отступила в сторону жена друга.
Гость сбросил с плеч рюкзак, снял шапку с курткой и последовал за хозяйкой.
В уютной просторной гостиной, обставленной дорогой мебелью, на небольшом столике стоял Лешкин портрет в траурной рамке.
Несколько секунд Огнев пристально всматривался в него, затем, проглотив вставший в горле ком, опустился в одно из кресел.
Зея присела рядом и, прижимая к себе сынишку, рассказала, что после встречи с Огневым в лагере Алексей отправился по делам в лесхоз. Когда через сутки муж не вернулся, она попытался связаться с ним. Но мобильный телефон Алексея был выключен. Позвонила директору лесхоза, тот ответил, что Шмакова у них не было.
— Тогда я позвонила его секретарше, в офис, и та сообщила, что Алексей арестован в связи с возбужденным против него уголовным делом.
— Лешка наркоман?! И кто же это все нарыл? — вскинулся Огнев.
