Кучи каменистой породы образовали длинные валы, тянувшиеся по дну долины вдоль левого берега. Возможно, во время паводков их не раз затапливало, но не смыло. Валы заросли травой и кустарником. Слагавшая их порода внешне ничем не отличалась от каменистых отложений реки. Максимов сразу определил, что в этих кучах недавно ковырялись, и, точно в подтверждение, нашёл в стороне ржавое кайло. На саму породу он даже не обратил внимания, а Синицына она сразу заинтересовала. Он прошёл вдоль валов, поковырял молотком.
— Виктор, посмотри, — показал ему Синицын, — это же явно не аллювий: камушки совсем не окатаны, хотя глинистой фракции маловато. У меня такое впечатление, что её сюда принесли.
Коротков тоже стал стучать молотком, песок и мелкие камушки полетели в разные стороны.
— По-моему, это отвалы промытой породы. Иван Васильевич, это же эфеля, — разгребая руками породу, возбуждённо сказал он. — Смотрите, они даже по цвету отличаются от русловых отложений. Эта порода до сих пор рыжего цвета. Согласен, её откуда-то принесли. Но откуда?
Синицын кивнул на склон, где виднелись большие камни.
— Вон оттуда. Видишь?
Весь склон был изрыт и напоминал лунный пейзаж. Среди этого хаоса они увидели длинные канавы, тянувшиеся вдоль реки. Кое-где они оплыли и оказались почти затянутыми. На дне рос кустарник и хилые лиственницы, зеленела трава. Борта канав были заложены большими камнями, которые вытащили при проходке. Здесь встречались целые развалы молочно-белого кварца. Прямо из канавы Синицын набрал породы и промыл её в ручье. В лотке заблестело золото. Золотой песок покрывал всё дно и, когда Синицын потряхивал лотком, медленно сползал в канавку. Среди мелочи попадались и довольно крупные лепешки. В лупу геологи увидели, что все золотины неправильной формы и часто со штриховатой поверхностью.
— Здесь очень приличное содержание, — держал в одной руке лоток Синицын. — Сколько, я на глаз определить не могу, но больше чем уверен — содержание будет промышленным.
Максимов не верил своим глазам. Просто так, почти играючи, эти люди нашли тут золото. Всего-навсего в каком-то деревянном корыте промыли породу и — вот результат налицо.
— Так что, вся эта порода, которая лежит на этом склоне, и есть та самая золотая руда? Значит, это её промывали в ручье? — показывая на склон, спросил он Синицына.
— Она самая и есть, товарищ капитан.
Максимов нагнулся и, набрав полные горсти породы, стал её рассматривать. Он её тер в руках, помочил слюной и даже понюхал.
— Надо же, а золота совсем не видать. Интересно! Получается, ради этого жёлтого металла заключенные перекопали весь склон и промыли тонны породы. — Он даже зацокал языком: увиденное его поразило. Капитан, видно, никогда не задумывался и не подозревал, каким тяжелым трудом достаётся этот металл.
— Целый полигон в горах, — колотил большую глыбу молочно-белого кварца Коротков. — Объёмы здесь и правда очень приличные. Наворотили они здесь не меньше, чем старатели за сезон. Но у тех-то бульдозеры, а здесь вся техника — только кайло и лопата. Ну и носили ещё, видно, носилками и вёдрами, а может, даже и мешками. Непонятно только, в чём они породу мыли. Видать, всё вниз снесло — ведь столько времени прошло!
— Тут надо провести приличное опробование, — постукивая по камням, говорил Синицын, — и если получатся хорошие результаты, нужно ставить детальные геологоразведочные работы. А пока я больше чем уверен — здесь золоторудное месторождение и с очень приличным содержанием. В свое время я его пропустил, а сейчас хочу вернуть народу.
Коротков усмехнулся. До недавнего времени он глубоко сомневался в этом, а теперь все его сомнения исчезли.
— Да, Иван Васильевич, добил ты это грязное дело, не отступился от своего. Вот тебе и терра инкогнито! От души поздравляю. А я, по правде говоря, думал, что тогда выскочили случайные пробы — мало ли чего не бывает в жизни! Ведь никакой закономерности не было…
— Главная заслуга в этом деле, Виктор, не моя. Это месторождение уже открыли до меня, а я просто верил в него и всеми силами старался к этому району привлечь внимание. Ну а теперь, я думаю, общими усилиями мы закроем ещё одно белое пятно. Здесь вообще работали очень классные золотари — специалисты своего дела. Это их руками осваивались такие дикие места — это они добывали металл. Я надеюсь, товарищ капитан, с вашей помощью мы узнаем имена этих героев. Они этого заслужили.
На гальке Николай увидел пустую пачку из-под импортных сигарет. От неожиданности он даже остановился. Такое в тайге встретишь не часто — это как визитная карточка с Большой земли, которая внимательному человеку может многое рассказать. Пачка была чистенькой и, когда Клочков открыл, ёще пахла сигаретами.
