В эту минуту не было никакой Анны Вороновой. Все маски слетели, спала шелуха. Окровавленная от множества порезов и растрепанная, Анна все равно выглядела величественно. Она стала вновь собой.
Ее высочеством великой княжной Анной! И посмейте встать на ее дороге.
Террористы растерянно переглянулись.
Женщина шла вперед неотвратимо, словно судьба. Она знала, что ей нужно. Оказаться между заложниками и подонками. Еще шаг. И еще… она бы даже говорить с ними не стала, но…
Кира. Вот она стоит в углу, прикрывает собой Гошку… живы!
Но даже слова сказать им не получается, только взгляд бросить. Всего один взгляд, в который Анна вкладывает всю свою любовь. По лицу девочки катятся слезы…
Некогда!
Она здесь ради них – и не может подвести детей!
– Приказываю сложить оружие! – прозвенел голос Анны ледяными осколками. – Неподчинение приказу – смерть!
Звучало-то убедительно. Но…
– Баба! – крикнул кто-то из террористов.
Шаг вперед, второй, движение оружия…
Анна поняла, что это – конец. И не было времени ни на что.
Ни попрощаться с сыном, ни еще хоть раз найти взглядом Киру… простите меня, родные. Это последнее, что я могу сделать для вас.
Анна сделала еще шаг и повернулась к мерзавцам. Вот-вот, уже… сейчас они сбросят наваждение, сейчас они ее убьют… нет, не успеют.
– Именем Хеллы. Умрите.
И на долю секунды ей показалось, что вокруг взметнулся белый снежный вихрь. А больше… больше она ничего и не видела.
Кира боялась.
С самого начала боялась, жутко боялась, и за себя, и за Гошку, но ведь перед мелким надо быть сильной! Правда?
Поэтому она просто крепко взяла мальчика за руку и не отпускала.
Ни когда их под дулами автоматов сгоняли вниз, в один из магазинов, ни когда бандиты начали звонить и говорить, что всех убьют, если им что-то там не дадут, ни когда им начали отвечать…
Рядом с ней был Гошка.
Она не имеет права струсить.
Мальчик прижимался к ней и, кажется, трусил не меньше.
– Не переживай. Нас спасут, – шепнула Кира ему на ухо.
– Мама, наверное, волнуется…
Окрик заставил их прекратить шептаться. А потом…
Это было как в боевике, не иначе. Грохот, звон – и влетевшая в двери машина. И – Анна.
Растрепанная, окровавленная, гневная… Кире хватило одного взгляда, чтобы понять: ее мачеха не просто в бешенстве. В бешенстве кидаются на людей, кричат, бьются в истерике…
Анна этого делать не будет.
Княжна?!
Но…
Кира и сказать ничего не успела. Даже крикнуть.
Вокруг Анны закружился снежный вихрь. Словно в мультике про Снежную королеву. А потом террористы начали падать навзничь.
Все, сразу. Словно нечто выпило из них жизнь… Кира видела их лица. Бледные, словно в них ни кровинки не осталось…
И медленно, словно в дурном сне, осела на пол Анна.
Кира даже сообразить ничего не успела, когда кинулась к ней. Рядом сопел Гошка…
– Мама!!!
Кто из них выдохнул это слово, падая на колени рядом с Анной? На ледяной, словно бы промороженный насквозь, пол?
Не важно…
Мама, мамочка!!! Только не умирай!!!
Кира попробовала нащупать пульс… нет!
На сонной артерии? Нет?!
Сердце?
Не бьется…
– ПОМОГИТЕ!!! – заорала она так, что ее и на улице, наверное, услышали.
Этот крик словно плотину прорвал. Закричали и зашумели все остальные, но Кире было не до того. Она схватила за руку… брата? Да, уже брата…
– Гошка, искусственное дыхание делать умеешь?
– Н-нет…
– Вот так! Будешь дышать маме в рот, когда я скажу! Что есть сил, понял?!
– Да!
– Начали! Раз, два, три, четыре, пять… вдох!
И Гошка послушно вдохнул воздух в легкие Анны.
Кира понимала – там, снаружи, наверняка есть «Скорая помощь»! Надо просто ее дождаться, дать Анне время! Чтобы мозг не погиб.
Ну хоть минуту, хоть две…
Дыши же!!!
Живи!!!
Мама, ты не можешь нас бросить!!!
НЕ УМИРАЙ!!!
Когда Киру подхватили сильные руки и оторвали от Анны, она сначала попробовала укусить врага и вывернуться. Но потом увидела, что над телом женщины наклоняются двое в синих медицинских пижамах, и успокоилась. Даже посмотрела, кто…
– ПАПА?!
Борис Викторович был бледен, растрепан и выглядел – краше в гроб кладут.
– Дочка!!! Сынок…
Кира и Гошка прижались к нему с двух сторон.
– Папа!!!
Кто сказал? И снова – не важно. Это уже свершившийся факт.
– Что здесь произошло?! Что с ней?!
А это уже полковник.
Собственно, операция прошла прекрасно, жертв, похоже, нет, террористы мертвы, заложников удалось освободить… только не все живы остались.
Анна?
Медики ею занимаются…
– Ее ранили?
– Нет… – Кира качнула головой. – Там что-то странное было, она сказала, а они умерли.
– Что?! – нахмурился Борис Викторович.
– Пап, да… Они одновременно с мамой упали, и она… пап, она же выживет, правда?
Кира уткнулась в пиджак отца и разревелась наконец…
Борис посмотрел туда, где над телом Анны колдовали медики.
– Что у вас тут? – решил уточнить Сергей.
Один из докторов изобретательно послал полковника по матушке. Кажется, дело было плохо… тут уж заревел и Гошка.
Стоило бронеавтомобилю пересечь границу Звенигорода, как в городе гулко бухнула пушка. Потом зазвонил Царь-колокол.
И звенел, звенел, и ответной радостью ему откликались другие колокола.
Ее императорское величество в городе.
Она дома…
