Золотое руно (сборник) полностью

– А, понятно, это тоже может влиять на величину гормонального дисбаланса. Но мы можем его откорректировать. Заметили что-нибудь ещё?

– Ну, это не просто, – существовало, наверное, лучшее, более приличное слово, но в тот момент оно не шло ему в голову, – половое возбуждение. Это скорее вроде… романтического настроения.

– Опять же, гормоны, – сказала Петра. – Распространённый эффект адаптации к роллбэку. Ещё какие-нибудь проблемы?

– Нет, – сказал он. Намекать на то, что случилось с Ленорой, было уже достаточно неловко; озвучить же это было бы…

– Депрессия? – спросила Петра. – Мысли о суициде?

Он не смог заставить себя встретиться с ней взглядом.

– Ну, я…

– Уровни серотонина, – сказала Петра. – Они тоже подскакивают в результате всех тех изменений в вашей биохимии, которые сопутствуют роллбэку.

– Это не только химия, – сказал Дон. – Неприятности на самом деле происходят. Я… к примеру, я пытался найти работу, но меня никуда не берут.

Петра легко махнула рукой.

– То, что ваша депрессия может иметь объективные причины, вовсе не значит, что её не нужно лечить. Вам раньше когда-нибудь прописывали антидепрессанты?

Дон покачал головой.

Она поднялась на ноги и открыла свою кожаную сумку.

– Значит так. Давайте возьмём анализ крови; узнаем точно, каковы ваши уровни гормонов в данный момент. Не сомневаюсь, что нам всё удастся наладить.

Дон был дома, лежал в постели рядом с Сарой, когда его разбудил страшный сон.

Они с Сарой стояли на противоположных сторонах широкого каньона, и пропасть между ними продолжала расширяться, словно ускоренный во много раз геологический разлом, и…

…и зазвонил телефон. Он нашарил рукой трубку, а Сара отыскала выключатель стоящего на её тумбочке ночника.

– Алло? – сказал Дон.

– Дон, это… это ты?

Он нахмурился. Никто теперь не узнавал его голос.

– Да.

– О, Дон, это Пэм. – Его невестка, жена Билла. Её голос был хриплым и напряжённым.

– Пэм, что с тобой? – Рядом с ним Сара обеспокоенно пыталась сесть.

– С Биллом. Он… Господи, Дон, Билл умер.

Его сердце подпрыгнуло.

– Боже…

– Что такое? – спросила Сара. – Что случилось?

Он повернулся к ней и повторил услышанное; его собственный голос теперь был полон ужаса:

– Билл умер.

Сара зажала руками рот. Дон сказал в телефон:

– Как это произошло?

– Я не знаю. Сердце, должно быть. Он… он… – голос Пэм затих.

– Ты дома? С тобой всё в порядке?

– Да, я дома. Я только что вернулась из больницы. Они сказали «умер по дороге в больницу».

– Что с Алексом? – Двадцатипятилетний сын Билла.

– Он уже едет.

– Господи, Пэм, мне так жаль. Держись.

– Я не знаю, что я буду делать без него, – сказала Пэм.

– Сейчас я оденусь и приеду, – сказал он. Зиму Билл и Пэм обычно проводили во Флориде, но в этом году ещё не успели уехать. – Мы с Алексом обо всём позаботимся.

– Мой бедный Билл, – сказала Пэм.

– Я скоро буду, – сказал он.

– Спасибо, Дон. Пока.

– Пока. – Он попытался положить трубку на ночной столик, но она упала на пол.

Сара потянулась к нему и коснулась его руки. Боже, он ведь даже не помнит, когда последний раз видел брата. И тут его настигла мысль…

Ещё до того . Обычно они с Биллом виделись лишь пару раз в год, но каждое лето ходили вместе на матч «Джейз», а в этом году Дон от этого отговорился.

Его дурацкое затворничество, его боязнь видеться с людьми, которых он знал раньше, стоили ему шанса повидаться с братом.

Он вышел из спальни, прошёл в ванную и начал готовиться к выходу. Сара медленно последовала за ним. Он уже сказал было, что ей не нужно ехать, что Гунтер его отвезёт. Но он хотел, чтобы она поехала; она была нужна ему.

– Мне будет его не хватать, – сказала Сара, стоя лядом с ним у раковины.

Он бросил короткий взгляд в зеркало, в котором отражалось его молодое лицо и её пожилое.

– Мне тоже, – очень тихо ответил он.

– Сара, – сказала Пэм, когда они появились на пороге квартиры Билла, – спасибо, что приехала. – Невестка Дона была худой скуластой женщиной под восемьдесят, невысокого роста. Она посмотрела на Дона и нахмурилась. Она, должно быть, заметила фамильные черты Галифаксов, включая крупный нос и высокий лоб, но самого лица не узнала. – Прошу прощения…?

– Пэм, это я. Дон.

– О, точно. Роллбэк. Я… я и представить не могла. – Она оборвала себя. – Выглядишь отлично.

– Спасибо. Как ты тут, держишься?

Пэм явно была вымотана, но ответила:

– Со мной всё в порядке.

– А где Алекс?

– В кабинете. Мы пытаемся отыскать адвоката Билла.

– Я пойду помогу Алексу, – сказала Сара и скрылась в глубине квартиры.

Дон посмотрел на Пэм.

– Бедняга Билл, – сказал он, не найдя ничего лучшего.

– Так много всего надо сделать, – подавлено сказала Пэм. – Оповещение на сайте «Стар». Организация… похорон.

– Я обо всём позабочусь, – сказал Дон. – Не беспокойся. – Он махнул рукой в сторону гостиной и повёл Пэм через её собственный дом. – Тебе принести что-нибудь выпить?

– Я себе уже налила. – Она опустилась в бесформенное флуоресцентно-зелёное кресло на трубчатой металлической раме; его брат всегда предпочитал мебель более авангардного стиля, чем сам Дон. Он нашёл себе другое, такое же.