Кто это? бланкист? или сторонник Маркса?
Бутылка? Алкоголь? Он только сознание трудящихся одурманивает.
Вы ведь знаете, что я сторонник абсолютного воздержания.
Педро.
Пабло, а вы были когда-нибудь в театре?
Пабло.
Один раз, в Бургосе. Мне пришлось тогда от жандармов прятаться.
Там какие-то безыдейные женщины прыгали по сцене.
Я объясняю подобные явления отсутствием просвещенья.
Педро.
Ну, и чудак! Вы похожи на монаха или на ребенка.
А в жизни столько прекраснаго… Посмотрите-ка.
В приемной ждет Гонгору
Очаровательная просительница.
Пабло, а вы знали женщин? только скажите правду…
Пабло.
Конечно! а гражданка Агнесса? — она участвовала во всех заговорах.
Педро.
Но гражданка Агнесса современница Наполеоновских войн, и похожа на ведьму Гойа.
Пабло.
Что ж, за то она опытна в конспирации, и многих молоденьких стоит.
Родриго.
Вы не знаете нашего Пабло! Мы как-то с ним мимо садоводства проходили,
Я показал ему на чудесные лилии —
Так он нарочно отвернулся и пошел скорей в смущении.
Пабло.
Я был погружен в раздумье.
Я всегда отвертываюсь, проходя мимо цветов или красивых женщин.
Они мешают мне думать о фаланстере и трудовой коммуне.
Педро.
Мы не аскеты, есть услады и для нас,
Я знаю толк в вине и в барышнях.
Мой идеал, чтоб каждый, даже папуас,
Курил бы вечером такую же сигару,
Конечно после честно проведенного и трудового дня.
Черт побери! но отчего я не Гонгора,
И эта красотка ждет не меня.
Родриго.
А вы ее примите вместо Гонгоры. Ну кто там разберет?..
По крайней мере — забавный анекдот.
Для меня переворот — нечто вроде цирка.
Все становится наоборот,
Шиворот навыворот.
Гидальго жирненький в цилиндре картошку чистит и осла скребет,
А я вот в этом кресле с графскими гербами,
Пишу приказ… «об уничтожении Имперской власти в Германии».
Перекрасить вывески, переставить календарь, перепутать имена,
Заставить каталонца говорить по-якутски,
Теперь октябрь, не все ль равно — «провозглашается весна», —
Вот это революция!
Педро.
Ты фантазер! Мое желанье сейчас более скромно —
На полчаса превратиться в Гонгору.
Глаза какие! точно искры вспыхивают.
Ну, как? прозрели?
Родриго.
Она похожа на того роялиста.
Что с ним?
Педро.
Расстрелян.
Родриго.
В ней что-то необычное… невнятное…
Я бы боялся с ней остаться…
Гонгора.
Вы заняты?
Родриго.
Мы разрабатываем планы восстания в Германии.
Гонгора.
Наши войска разбиты у Карэбы.
На базарах четвертый день нет хлеба.
Народ ропщет. Нельзя терять ни одной минуты.
Они готовятся исподтишка. Они хитрее нас.
Это двенадцатый час,
Не мой, не ваш — Революции.
Пабло.
Гонгора, я разработал до мельчайших деталей
План общественного кормленья грудных младенцев в народном сквере.
Надо чтобы граждане со дня рожденья приучались
К новой социальной эре.
Гонгора.
Войска Руиса в трех переходах от Картагена,
А вы лепечете о младенцах.
Я был в комитете, там со вчерашнего вечера грызутся
В десятый раз голосуют резолюцию
О нашем отношении к последнему письму Бакунина,
И о том, допустимы ли памятники в Коммуне…
Пабло.
Вопрос о памятниках мною обследован, надо все решения пересмотреть.
Гонгора.
Теперь надо одно — уметь умереть.
Родриго.
Вот я хочу умереть. Дайте мне десяток резвых ребят
И я перережу сотню королевских солдат.
Вы здесь с Пабло сидите,
А мне надоело это… как его?.. «мирное строительство».
Гонгора.
Резвитесь, ребята, на картонные мечи надейтесь.
Для вас революция — это игра в индейцев.
Войска Руиса — армия, кого обманывать?
И против них — десяток партизанов!
Родриго.
Все равно ничего не выйдет.
А так, по крайней мере, можно хорошо погибнуть.
Гонгора.
Вы думаете, что мне сладко сидеть в этом дворце?
Что я не мечтаю о таком же конце?
Но кто будет писать законы,
Устанавливать цены, посылать солдатам патроны?
А хлеб, этот проклятый хлеб — кто его достанет?
Да! это труднее чем поднять восстание!
Родриго хочет героического, громкого,
Пабло проверяет теории Сан-Симона,
Другие просто ищут выгоды,
И только прикидываются,
Но все изменяют, и все предают…
А те идут — шаг за шагом идут.
Пабло, Родриго! идите на митинг.
Сигарщицы требуют хлеба, не расходятся, ждут.
Уговорите их, скажите
Что хлеб везут!..
Родриго.
Кто везет? уж не Руис ли?.. а, впрочем, какая разница!
Эх, хорошо б сейчас в Мексику, все-таки разнообразие!..
Иду!
Пабло.
И я иду! Я им скажу — довольно мечтать о мирном конце,
Довольно утопий в духе Фурье…
Педро.
Остался один только выход из положения.
Гонгора.
Какой?
Педро.
Компромисс, соглашение.
Начать переговоры с либералами, может быть и с Руисом,
Умеренное правительство,
Кой-какие реформы. Пока примириться.
Перейти в оппозицию.
Тогда мы сбережем хоть зерно для будущего…
Гонгора.
