– Его давно следовало починить, – продолжал Тим. – Давно надо было мастера вызвать. Пока он всерьез не забарахлил.
Умолкнув, он обвел взглядом встревоженных соседей, жадно ловящих каждое его слово.
– Да, надо было в порядок его привести. Пока поздно не стало.
– Что у тебя там? – в нетерпении спросила Патриция Блейк.
– Где «там»? – рассеянно пробормотал Эрик Блейк.
Глаза Пат заблестели, грудь под сетчатой блузкой всколыхнулась в такт глубокому вздоху.
– Что ты привез? Я же знаю: ты мне что-то привез! Подарок, я уверена!
– Милая, я летал на Ганимед по делам «Терран Металз», а вовсе не за диковинками для тебя. Дай мне спокойно распаковать вещи. Брэдшоу хочет видеть меня с отчетом завтра, как можно раньше с утра. И еще сказал, что не завидует мне, если я не привез новостей о достойных внимания рудных залежах.
Пат выхватила из груды багажа, оставленного робоносильщиком у порога, небольшую коробку, перетянутую шпагатом.
– Что это? Серьги, колечко, бусы? Нет, для украшений великовата, – решила она и принялась распутывать узелок острыми ноготками.
Не без опаски глядя, как Пат срывает с коробки шпагат, Эрик обеспокоенно наморщил лоб.
– Ты только не расстраивайся, милая. Там нечто необычное. Вовсе не то, чего ты ожидаешь. Главное, не сердись. Я все тебе объясню.
Патриция, невольно разинув рот, побледнела, в страхе округлила глаза и судорожно отшвырнула коробку на стол.
– Боже правый! Да что же там такое?
Он слегка втянул голову в плечи.
– Я приобрел его по случаю, милая. По очень заманчивой цене. Обычно их так, запросто, не найти. Ганимедяне не любят торговать ими, но я…
– Что там?
– Бог, – пробормотал Эрик. – Второстепенное ганимедское божество. Достался мне практически по себестоимости.
Пат опустила взгляд, уставилась на коробку со страхом, с усиливающимся отвращением.
– Вот это? Вот это… бог?!
В коробке мирно лежала небольшая, очевидно ужасно древняя, фигурка дюймов около десяти в высоту. Крохотные ладони со скрюченными, точно когти, пальцами крепко прижаты к чешуйчатой груди. Лицо, с первого взгляда наводящее на мысли о некоем неведомом насекомом, искажено яростью пополам с бесстыдной похотью. Вместо ног множество спутанных щупалец. Нижнюю часть лица завершает затейливой формы клюв, а может быть, пара жвал из какого-то твердого вещества, а запах, запах…
Обоеполое крохотное создание явственно пахло чем-то вроде навоза и скисшего пива. Вместе с фигуркой Эрик предусмотрительно поместил в коробку блюдце с водой, подстилку из пучка соломы, в крышке проколол дырки для воздуха, а сверху набросал смятых обрывков газет.
– То есть не бог, а идол, – поправила мужа Пат, мало-помалу оправившись от испуга. – Изваяние божества.
– Нет, – решительно покачав головой, возразил Эрик. – Не изваяние, а самый настоящий бог. Вот, тут к нему даже что-то вроде гарантии прилагается.
– Он что же… мертв?
– Вовсе нет. Живехонек.
– А почему тогда не шевелится?
– Потому что для начала его требуется разбудить.
Низ живота фигурки сильно выдавался вперед, образуя нечто наподобие полой чаши. По этой-то чаше Эрик и стукнул кончиком пальца.
– Кладешь сюда подношение, и он оживает. Давай покажу.
– Спасибо, не стоит, – ответила Пат, отодвигаясь от стола.
– Да ладно тебе! Не бойся. С ним интересно поговорить. Зовут его… – Склонившись к коробке, Эрик скользнул взглядом по надписи на крышке. – Зовут его Тинокукнои Аревулопапо. Мы проболтали бо2льшую часть пути с Ганимеда домой. Он был рад возможности побеседовать, а я узнал уйму нового о богах.
Пошарив по карманам, Эрик отыскал недоеденный сандвич с ветчиной и запихнул скомканный ломтик ветчины в чашу на брюхе бога.
– Я лучше в спальню пойду, – сказала Пат.
– Не надо, не уходи, – попросил Эрик, придержав ее за плечо. – Дело-то минутное. Гляди, сейчас начнет переваривать.
Чашеобразное брюхо затряслось мелкой дрожью. По чешуйчатой коже пробежала рябь. Не прошло и пары секунд, как чаша наполнилась вязкой, темного цвета жидкостью, и ветчина начала растворяться в ней.
– Фу, мерзость! – фыркнула Пат. – А рот ему, интересно, зачем?
– Не для еды. Только для разговоров. На обычные формы жизни он совсем не похож.
Фигурка, блеснув крохотным глазом, перевела взгляд на них. Казалось, единственное немигающее око божка лучится ледяной злобой. Твердые, острые жвала дрогнули…
– Приветствую вас, – сказал бог.
– И тебе привет, – откликнулся Эрик, подтолкнув Пат вперед. – Это моя жена. Миссис Блейк. Патриция.
– Каково поживаешь, Патриция? – проскрежетал бог.
– Разговаривает! – в страхе пискнула Пат. – По-нашему разговаривает!
Бог, сморщившись от отвращения, перевел взгляд на Эрика.
– Да, ты прав. Глупа. Глупа как пробка.
Эрик густо покраснел.
– Видишь ли, милая, боги способны делать все, что захотят. Они ведь всемогущи.
– Именно. Именно так, – кивнул бог. – А это, надо полагать, и есть Терра?
– Да. Как ты ее находишь?
– Ожиданиям соответствует. О Терре я уже… скажем так, кое-что слышал.
– Эрик, он точно для нас не опасен? – с тревогой в голосе зашептала Пат. Бюст ее мелко затрясся от страха. – Не нравится мне его вид… и разговаривает он как-то…
