Золотой дом полностью

23 ноября 2008 года десять боевиков, вооруженных автоматами и ручными гранатами, отплыли из вражеской соседней страны. В рюкзаках они везли амуницию и сильные наркотики – стероиды, кокаин, ЛСД плюс шприцы. По пути они захватили рыбацкий корабль, бросили свое судно, затащили две надувные лодки на борт рыбацкого корабля и указали капитану, куда держать путь. Поблизости от берега они прикончили капитана и сели в лодки. Задним числом многие удивлялись, как это береговая охрана их не заметила, не попыталась перехватить. Считалось, что берег тщательно охраняется, но в ту ночь случился какой‑то сбой. Высадившись 26 ноября, боевики разделились на малые группы и направились к намеченным заранее целям: вокзал, больница, кинотеатр, еврейский центр, популярное кафе, два пятизвездочных отеля. Один из отелей – “Дворец Тадж-Махал”, где супруга Нерона после ссоры с мужем сидела в Морской гостиной, закусывая сэндвичами с огурцом и жалуясь на свой брак подругам.

– Я не знаю, что сказать, – пробормотала Рийя.

– Ничего не говори.

– Вы помогли боевикам войти в город. Тем, кто в итоге убил вашу жену.

– Не надо ничего говорить.

– После этого вы бежали. Вместе с сыновьями.

Добавить осталось немного. После этих событий тело гангстера Короткие Пальчики обнаружилось на улочке в Донгри. Ему многократно воткнули в горло нож с коротким лезвием. Бывшие его партнеры Большая Голова и Маленькие Ножки были возмущены терактом, который вновь поставил в опасное положение “Компанию” и ее бизнес. Такое сообщение они послали Замзаме Аланкару. А годы спустя жертвой их гнева стал и Апу. Они послали сообщение мне. Это сообщение гласило: мы знаем, ты в этом участвовал, и вот наш ответ. Эти имена собирается сообщить мне тот человек, Мастан. Имена, которые я уже знаю.

– Значит, вы несете ответственность и за смерть сына, как и его матери.

– То, что я делал, я делал, чтобы спасти их жизни. Я подставлялся, чтобы защитить их. В своем доме я король, но я сделался слугой. Прачкой. Дхоби. Но ты права – я проиграл. Ты обвиняешь меня, и я в самом деле виновен, и судьба наказала меня, отобрав сыновей. Один погиб от рук моих врагов, другой от собственной руки, третий от руки безумца, но все трое – моя кара и мое бремя, которое мне придется нести вовеки, так, и их матери тоже – мой грех. Мне преподали урок, и я его усвоил. Мертвые тела моих детей и их матерей лежат у меня на плечах, их вес гнет меня к земле. Ты видишь, доченька, я сокрушен пятой рока, словно таракан. Ты видишь – я сокрушен.

И теперь ты знаешь все.

– Что же мне делать теперь, когда я знаю все?

– Тебе необязательно что‑то делать. Завтра утром ровно в девять часов ангел смерти придет выпить чаю.

Чего ожидать, если Джокер станет королем, а Бэтменша отправится в тюрьму? За стеной Сада все громче слышались смешки, уже более похожие на вскрики, и я не отличал вопли радости от гневных воплей. Я был изнурен и напуган. Может быть, я неверно представлял себе свою страну. Может быть, живя в пузыре, я уверовал в то, чего не было или чего было недостаточно для победы. Какой во всем прочем смысл, если случится худшее, если свет падет с неба, если ложь, и клевета, и уродство, уродство станет ликом Америки. Много ли тогда смысла в моей истории, моей жизни, моей работе, историях американцев древних и современных, семейств с “Мэйфлауэра” и тех, кто с гордостью принес присягу Америке аккурат вовремя, чтобы принять участие в срывании с нее масок, в ее уничтожении? Стоит ли и пытаться вникнуть в природу человека, если человечество оказалось гротеском, тьмой, недостойным? В чем смысл поэзии, кино, искусства? Пусть добродетель увянет на своей лозе. Пусть будет утрачен рай. Америка, та, которую я любил, – унесена ветром.