— А ты что, жаждешь увидеть, как от даурской армии останутся одни дымящиеся головешки? Когда королева в прошлый раз применила свой дар, так и было, — у меня по спине пробежал холод, — а сама восстанавливалась несколько лет — слишком большой расход сил. После такого удара мы будем беззащитны.
Я решил помалкивать и ждать, что будет. Решено, Кери примет бой. Он постоянно шутил, пытаясь успокоить брата. Тарим настаивал на своей кандидатуре, но спорить с Гелион было бесполезно. Странно, что Тарим вообще на такое решился.
В окружении серых людей-валунов Кери направился в сторону армии бурграхов. Следом на небольшом расстоянии шли Грах, Герин и Тарим. Герин была чернее тучи. Очень большой и очень нелепой тучи. Грах в своем черном костюме выглядел так, словно собрался на танцы. Коса, перекинутая через плечо, змеилась у Тарима на груди, выдавая волнение хозяина. То, что волосы Тарима живут собственной жизнью, я заметил давно и теперь только получил подтверждение.
Гелион, Гром и отряд гвардейцев остались на уступе, поднимающемся тонким языком к дороге, ведущей в Цитадель.
Вскоре ушедшие растворились в серой массе армии. Только по передвижениям Граха можно было догадаться, где они находятся, да иногда поблескивал топор Герин в лучах выглянувшей из-за облаков Тари.
Ночная охота отряда из Лурха пошла не по плану. Лан без труда обошел все ловушки поджидавших его людей Крисцеллы. Лис, которого опытные воины считали легкой добычей, проявил свой истинный дар — не лекаря, как считали все, знавшие его, — охотника и идеального убийцы. Жизнь не оставила ему выбора. Сила, наполнявшая его тело наконец нашла выход, и люди королевы остались там, где она их настигла, очерчивая своими телами правильный полукруг побережья залива.
В предрассветных сумерках Лан пересек границу владений королевы-матери и устроился в развилке ветвей старого бука на привал. Его путь на южную оконечность Лурха, туда, где обосновалась королева Логайна, занял весь остаток ночи, и теперь он решил отдохнуть и собраться с мыслями перед встречей со своей незаурядной бабкой.
Вечером того же дня, так и не поняв, чем ему может помочь старая королева, но все-таки решив попытать счастья, в сгущающейся темноте Лан постучал в ворота загородного поместья. Увидев его форму, люди на воротах сразу отперли засовы, но как только он вошел, несколько человек набросились на него и скрутили. Чужак в форме королевского дома — что лучше мог придумать Илар? Может он на такой результат и рассчитывал?
Логайна уже собиралась спать, когда прибежавшая, как на пожар, горничная доложила, что ее хочет видеть человек, назвавшийся Даурээг нар Андимат Ланниром. Старая женщина даже не сразу сообразила, о ком идет речь и, растерявшись, уставилась на горничную.
— Ваш внук, мадам, — сбившись пролепетала та.
— Если не врет, конечно, — быстро сориентировалась королева. — Ведите его сюда, посмотрим, что за фрукт.
Она уселась в огромное кресло и почти исчезла в нем среди подушек и пледов. У старости есть свои преимущества, особенно если тебя считают, мягко говоря, экстравагантной старухой. Тем более, если ты королева.
Вошедший в сопровождении трех слегка растрепанных гвардейцев юноша несомненно был аэт. Сдернутый с головы капюшон открывал взлохмаченную серебристую шевелюру, которая лучше всяких документов удостоверяла его личность. Благородные, тонкие черты лица, длинные пальцы, потиравшие скулу — охрана постаралась — спрятанный под плащом меч, который эти поганцы даже не попытались у него отобрать. Или попытались, и поэтому у них такой "неуставной" вид?
И странный огонек в ухе, который она сначала приняла за серьгу.
Логайна протянула руку. Огонек оторвался от отряхивающегося парня и плавно полетел к ней. Ну конечно, весточка от Лорена. Милый мальчик, слишком увлеченный своими идеями. Как и отец, к сожалению.
Огонек коснулся ладони королевы и исчез. Она склонила голову, будто прислушивалась к чему-то, а потом с улыбкой посмотрела на успокоившегося наконец Лана.
— Добро пожаловать, малыш. Думала уже не увижу тебя. Вы можете идти, — отмахнулась она от напряженно сопевших мужчин, приведших гостя.
— Лорен передал, что ты ищешь кого-то, — она позвонила в колокольчик, и перед ней появился небольшой столик, уставленный тарелками. — Ополосни руки и садись ужинать, на тебе лица нет.
— Здравствуйте, Ваше Величество, — Лан поклонился, но продолжал разглядывать свою бабку. Слышал он о ней много, даже слишком, но никогда не видел.
Похоже интерес был взаимным.
— Мой руки, кому говорю, и садись. Где тебя носило столько времени? Извелась уже вся, — совсем не по-королевски прокряхтела старуха.
— После встречи с Иларом у меня были дела, поэтому я задержался, — Лан понял, откуда у подданных ее величества такая страсть к простому наречию.
