Кабинет был тесен и плотно заставлен старой мебелью. Свет в него попадал, минуя матерчатые жалюзи, косо падал на письменный стол, за которым сидела моложавая женщина в чине майора и внимательно смотрела на него из-под сдвинутых на кончик острого носа очков.
— Сегодня неприемный день, — сказала она сухо, с подозрением разглядывая мятую одежду посетителя.
Вадим смутился, но продолжал стоять в дверях.
— У меня… видите ли… украли паспорт.
Майор улыбнулась кончиками тонких, как нитка, губ.
— Это не ко мне. Будьте добры, сначала обратитесь в милицию.
И, потеряв интерес, углубилась в изучение какой-то справки.
Вадим переминался, не решаясь оторвать ее от столь важного занятия и с ходу настроить против себя. Но и уйти — рухнет последняя надежда.
— Я уже обращался. Сказали: «Ты — бомж» — и обещали упрятать.
Она подняла голову, в глазах мелькнули ироничные искорки:
— У вас нет регистрации?
— Нет, — виновато подтвердил он. — Я приезжий.
— Неужели? Откуда же вы прибыли?
— С Украины.
Она сняла очки, протерла стекла чистенькой фланелью. Водрузив на нос, посмотрела на него уже с любопытством.
— Утеряли в поезде?
— Не утерял, — Вадим потер синяк под глазом. — У меня отобрали вместе с деньгами.
— Та-ак, — протянула майор Вертинская. — Стало быть, имел место грабеж?
— Вам виднее. А милиционер на вокзале накинулся: «Темняк вешаешь».
Она усмехнулась:
— Темняк? Ладно, разберемся. Начнем с того, что вы попали в крайне неприятную ситуацию. Будь вы местным, все устроилось бы гораздо проще. Подняли формы, сверились, выписали новый паспорт, и вперед… В вашем случае придется посылать запрос на Украину, и ответ придет не раньше чем через месяц. Бюрократические проволочки. Вам есть где жить это время?
— В том-то и дело, что негде! Я проездом… Мало того, что в Хабаровске у меня умирает мать и я могу не застать ее живой. Вдобавок, если я вас правильно понял, и домой к семье выбраться не смогу. Без паспорта мне не продадут билеты, а о таможне можно и не упоминать!
— Верно, — кивнула она с сочувствием.
— А если выдать справку? Так, мол, и так: «Подтверждаем, что Юрченко Вадим Петрович заявил о краже документа и личность его подтверждаем».
— Не так все просто. На каком основании вам выдать такую справку? Откуда мы знаем, Юрченко вы или Шевченко, например?.. Бомжатник вас устраивает? Кажется, так вы его называли?
— Не я, — возразил Вадим, — а ваши сотрудники.
— Так вот. Для начала вас обязаны препроводить туда как лицо, не имеющее определенного места жительства… — И, заметив возмущение на лице посетителя, майор подняла руку. — Секундочку! То, что вы проживаете хоть и в ближнем, но зарубежье, сути дела не меняет. Речь идет о регистрации в России, а точнее — в Красноярске. Далее — доскональная проверка по всем учетам: кто вы, откуда прибыли, ваше прошлое, существуете ли вообще? Где уверенность, что вы не находитесь в розыске?.. После этой процедуры вас отпускают, но опять же с направлением ко мне. Я, в свою очередь, имею право удостоверить вашу личность справкой только после подтверждения из Украины.
— Замкнутый круг, — растеряно пробормотал Вадим. — Что мне делать?
— Не знаю, — прямо ответила она. — Но, чтобы не скитаться по подвалам и подворотням, советую явиться в милицию и отправиться в спецприемник. Там хоть питание, и не под открытым небом…
— Я не бомж! — взорвался Вадим, потеряв над собой контроль. — Я медик! Врач! У меня солидная практика! Меня, заместителя главврача республиканской клиники, — в бомжатник?
Он задохнулся, с трудом справляясь с охватившим его волнением.
— Я требую!.. Вы обязаны связаться с украинским представительством и сообщить обо мне.
Спонтанные выкрики и возбужденный его вид привели к совершенно обратной реакции, нежели той, какую он ожидал. Враз охладев, майор поднялась из-за стола, лицо ее напряглось, потеряв былую привлекательность.
— Порядок нарушаете? Что ж, хорошо…
Она сняла трубку бездискового прямого телефона и произнесла после секундной паузы:
— Дежурная часть? У меня посетитель очень беспокойный. Да, мешает работать. Пришел в неприемный день, еще и скандалит. Подъедете, мальчики? Жду.
Последнюю фразу Вадим услышал краем уха, покинув кабинет. По коридору почти бежал, с порога юркнул за подровненную стену кустарника и размашисто зашагал прочь. С милицией дел он иметь больше не будет.
План его, казавшийся безукоризненным и верным, с самого начала потерпел фиаско. Всем плевать на его проблемы: хоть простым людям, хоть должностным лицам, облеченным законом помогать в подобных случаях.
Что ж, ситуация, конечно, аховая, но выход находится даже из безвыходных… Ему остается последнее — добыть денег, пусть не на билет, который без документов не купить, так на взятку проводникам и трехдневный паек. Пока же его возвращение домой откладывается на неопределенный срок. Но не стоит падать духом. Цель есть — Хабаровск. А там родня в беде не бросит.
Никогда раньше ему не приходилось задумываться о такой философской материи, как смысл жизни. Не было ни времени, ни повода, ни настроения.
