— Тебе нравится вино из наших погребов? — спросила она. — Твой отец очень любил его. Оно изготавливается из особых сортов винограда. — Глаза ее радостно блеснули, и он разгадал замысел коварной женщины. Совсем скоро, может, через неделю — не могут же умертвить его в самом начале царствования! — ему поднесут чашу отца с этим отравленным вином. Что ж, пусть, мать сама не подозревает, к чему приведет ее поступок. Вино и упоминание о винограде напомнили ему о Дионисе. Сбылась его мечта, он на троне и должен отблагодарить бога. Храма Диониса поблизости нет, есть лишь статуя, которую таскают во время Дионисий. Значит, нужно воздвигнуть храм.
— Я хочу построить храм Диониса, — шепнул он матери, и та кивнула, соглашаясь.
— Я давно хотела это сделать, сынок, да все не хватало времени. — Она дотронулась до его мускулистого, натертого маслом и блестевшего в свете факелов плеча. — Сегодня ночью праздник этого бога. Надеюсь, ты не забыл? Твой отец всегда чтил эту традицию, и я осталась ей верна.
— Я ничего не забыл, — многозначительно ответил юноша, заметив, что гости постепенно перемещаются в зал, где были накрыты столы.
Вино лилось рекой. Мужчины и женщины хмелели на глазах и позволяли себе непристойные шутки. Гетеры, специально приглашенные для торжества, почти раздетые, без стеснения садились на колени к вельможам, бесцеремонно стаскивали с них хитоны, целуя мускулистые надушенные тела, а их жены спокойно взирали на эту вакханалию. Парочки, словно скованные цепями, перемещались на улицу, где смешивались с галдящими простолюдинами, тоже захмелевшими и передававшими друг другу статую Диониса. Митридат, посмотрев на своего бога, нашел его карикатурным, нелепым: с широким носом, огромными ушными раковинами, выпученными глазами и жидкими волосами. Тело, над которым трудился, наверное, не самый выдающийся скульптор Синопы, выглядело хилым и немощным. Юноша дал себе слово, что в новом храме появится новая статуя из мрамора или бронзы. Дионис не уступал красотой другим богам — пусть же так и будет. И в эту статую он вставит камень бессмертия. Только так он сбережет ценный подарок — в храм никто не войдет без его разрешения.
