Но главное заключалось в том, чтоб Сэма поддержали другие рабы. Иначе вся затея обошлась бы для зачинщиков слишком дорого. Конечно же, и до этого, и после случались восстания рабов, и хотя чаще всего они, как правило, были утоплены в крови, все же известны и иные случаи, когда мятежники обретали долгожданную свободу. Надеялись на нее и те, кто поддержал Сэма и Грета. Фентон настолько проникся идеей своего друга, что в конце концов вдвоем они смогли совершить почти невероятное.
Стояла ночь. Очаг недовольства был, как нетрудно догадаться, не где-нибудь, а среди рабов мистера Хорси. Первыми жертвами стали ничего не подозревавшие, а потому-то и застигнутые врасплох надсмотрщики. Так что недолго пришлось первому обидчику Сэма стесняться своего изуродованного носа. В первые же минуты резни он был отправлен туда, где красота будет волновать его меньше всего. Если уж быть совершенно точным, то там его вообще ничего волновать не будет.
Тут же возбужденная толпа бросилась на дом плантатора, и вскоре огонь осветил всю округу. Это никак не входило в планы Сэма, но так случилось. Гнев, накопившийся за многие годы, выплеснулся наружу. В таких случаях трудно призвать к благоразумию. Почему униженные должны поступать сейчас со своими мучителями иначе, чем те долгие годы поступали с ними?
Лучина к пороховой бочке была поднесена. Вскоре по всему острову запылали пожары, завопили о пощаде те, кто сам долгие годы отвечал на подобные мольбы язвительной ухмылкой. Час возмездия настал. Не воспользоваться таким благоприятным моментом, не излить злость на своих вчерашних истязателей, рабы, конечно же, не могли. Возбужденные, опьяневшие от происходящего, они крушили без разбора, предавали огню все, что казалось им ненавистным, отправляли на тот свет всех, от кого пришлось хлебнуть унижения, боли и горя. Вслед за Хорси, который был подвешен в первые же минуты восстания на своем любимом дереве, были убиты многие плантаторы, кто особо насолил рабам.
Кто-кто, а Сэм прекрасно понимал: сейчас решается все. Ни в коем случае нельзя бросать дело, не завершив его. Он отдавал себе отчет в том, как это будет тяжело. Не трудно предположить, что движимые злобой повстанцы ограничатся локальными целями: быстрее и покруче отомстят своему главному обидчику, которым для каждого являлся его хозяин, и, увлекшись самосудом, не станут думать о более общих целях. И гарнизон, пусть и малочисленный, если его не локализовать вовремя, непременно выступит против бунтарей.
Потому-то Сэм, как только убедился, что волна погромов уже прокатилась по острову и ничто ее не остановит, сразу же собрал близких, наиболее организованных друзей и устремился к форту. Нужно успеть использовать темноту, чтобы не упустить главное преимущество – внезапность.
В форте уже подняли тревогу, потому-то, опоздай Сэм со своим отрядом еще хоть на какую-то малость, повстанцам пришлось бы туго. Пока же тут еще толком ничего не успели сообразить, не то что более-менее подготовиться к отпору неприятеля. Потому-то внезапное и дерзкое нападение принесло успех. Не все прошло гладко, многие из друзей Сэма были убиты, кто-то ранен (даже Грету слегка досталось: пуля самую малость зацепила его плечо), но главное сделано: форт взят. Побежденных ошарашил такой поворот дела: бодрствующая смена зорко следила за гладью океана, поскольку именно оттуда привычно ожидали неприятеля, и даже предположить не могли, что беда грянет с суши. Именно это так ловко использовали повстанцы.
Когда забрезжил рассвет, дело было почти сделано. Разве что бесследно исчезли губернатор, с молчаливого согласия которого творились многие беззакония на острове, да какой-то плантатор, которому удалось бежать. Серьезной угрозы ввиду малой своей численности эти беглецы для повстанцев не представляли, однако следовало обезопасить себя, и Сэм велел разыскать их, что и было сделано. Рабы видели в нем избавителя от бед, освобождением своим были обязаны вожаку. Впрочем, люди во все времена склонны тянуться к лидеру, будь-то Бог, царь или Сэм. Из толпы раздавались крики восхищения, клятвы верности. Слушая их, Сэм только улыбался. Каким сладким бальзамом орошали бы подобные слова душу иного человека! Но Сэм не был властолюбцем, его совершенно не пьянили похвальбы. Главное – сделать дело. Сэм трезво оценивал обстановку. Понимая, сколь близка желанная свобода и ужасна неволя, из которой они только что вырвались, трезво оценивал условность полученной свободы. Нужно довести дело до конца, иначе все рухнет. Ведь беглецы могут каким-либо образом покинуть остров и обратиться за помощью… Первым делом следует их нейтрализовать. К вечеру беглецы были пойманы и заперты в форте. Среди них (в основном это были плантаторы) оказался и губернатор. Он оказал яростное сопротивление при поимке и безостановочно сыпал проклятиями. Теперь можно малость перевести дух.
