- Пусть графиня войдет. – Услышала Аня крепкий, явно и не старческий мужской голос. А старушка уже толкнула ее в проем и притворила за ними дверь.
Перед собой девушка увидела комнату, утопающую во тьме. Единственный источник освещения находился на круглом столе, стоящем в центре комнаты. Аня даже не разглядела, что это было – свеча или лампа, потому что вдруг испытала состояние дежавю. Как будто она уже была в этом месте и приходила в эту комнату. А потом девушка вспомнила сон, который видела не так давно. Вся обстановка точь-в-точь была как во сне: круглый, укрытый старой скатертью, стол, на котором в центре рядом со свечой стоял хрустальный шар. На другой стороне от Ани и Глаши за столом сидел человек, но девушка видела лишь его руки – жилистые, сухие, крупные.
- Господин, я хотела спросить… - Начала Глаша, заикающимся голосом. Ей было страшно, Аня почувствовала.
- Пройди к столу, чужестранка. – Перебил просительницу голос. - Присядь!
Аня вздрогнула и на ватных, негнущихся ногах подошла ближе. Опустилась на стул. Она надеялась, что разглядит лицо человека, но, как и во сне, отчетливо видны были лишь его руки. Аня помнила продолжение этого сна и ей сделалось дико страшно. Холодок пополз по спине, желудок прилип к позвоночнику, закручиваясь узлом в спазме.
- У меня нет вопросов. – Сказала девушка.
- Разве? – Усмехнулся мужчина. – Я думал, бравый офицер волнует твое сердце. Его же ты видела во сне?
Аня сглотнула комок, застрявший где-то в горле.
- Я не могу его любить. – Прошептала. – Нельзя.
- Мы не выбираем, кого любить, чАюри. – Ласково, словно сжалился, сказал голос. Аня вдруг поняла, что этому голосу очень много лет, такой он был уставший.
- Кто вы? Откуда осведомлены обо мне? – Спросила девушка. Один Бог знает, как вдруг она осмелела, и стала задавать вопросы.
- А говоришь, вопросов нет. – Вновь рассмеялся старец. – Это все глупые вопросы, они не важны. Важно совсем другое. Могу сказать, что ждет тебя. Разве не хочешь ты знать?
Аня замерла. Как завороженная слушала ласковый, убаюкивающий голос из темноты.
- Много будет горя, но много и любви будет. Только ты вольна выбирать, где остаться.
Аня обомлела и поняла, что этот человек знает, что она пришелица из будущего. Врать больше не было смысла.
- Но я не могу выбрать, у меня нет перстня.
- Как нет, а это что же? - Спросил голос и протянул девушке свою руку. Аня опустила глаза и увидела на грубой мужской ладони массивный перстень с рубином. Тот самый, который дал ей Порфирий Георгиевич.
- Возьми его. – И снова она как под гипнозом протянула руку, забрала перстень из ладони и надела на свой безымянный палец левой руки. Холодный металл остудил ее кожу и вместе с тем слетел морок, сковавший ее волю. Аня дернулась, пытаясь снять перстень.
- Не пытайся, чАюри. Это теперь твоя судьба, - услышала Аня слова из сна. И чтобы прервать видение, смешавшееся с реальностью, вскочила, задавая единственный вопрос, который ее тревожил:
- Я смогу вернуться домой?
- А разве ты не дома? - Спросил голос.
- Мой дом не здесь, ты же знаешь. Мне нельзя оставаться в прошлом. – Забыла о воспитанности и осторожности Аня.
- Твой дом там, где живет твое сердце. – Завершил старец аудиенцию. – Пусть подойдет твоя подруга.
Аня попятилась к двери. На ее место как послушная овечка подошла Глаша.
- Нетерпеливая ты, вот и страдаешь за свое. – Сказал голос строго. Совсем не так, как говорил с ней, подумала Аня. – Сама хотела, сама и получила.
Аню накрыла волна возмущения. Что значит, сама хотела? Почему он снимает ответственность с Ильинского?
- Как мне быть, старче? – Спросила служанка, потупившись.
Старец словно не слышал ее и отвечал Ане.
- Кто виновен, не нам судить. Каждый за свой грех ответит. И он тоже.
Аня осеклась. Ну как? Как он читает ее мысли?
- А тебе скажу, - вновь обратился старик к Глаше. - Выбор за тобой. Не испугаешься, приобретешь, хоть и трудно будет. Очень трудно. Испугаешься – потеряешь все. Выбор за тобой. Как порошок достать, ты знаешь.
Больше он ничего не сказал, только махнул рукой, отпуская их, и скрылся во тьме. В ту же секунду дверь отворилась, и старушка в платочке позвала их на выход.
Как покинули квартиру, Аня не запомнила. Осознала себя, идущей по направлению к дому. Даже не представляла, сколько прошло времени. Девушку бил озноб и вовсе не от холода, хотя погода только ухудшилась – ветер подул с залива, резкий, порывистый. Он бросал в лицо мелкими, колкими снежинками. А Аня, равно как и Глаша, все думала об этом странном разговоре. Что значили слова старца? Кто он и откуда знает, что она прибыла из другого времени? Как понял, что она любит Николая и видела его во сне? И самое главное: откуда у старца перстень Порфирия Георгиевича?
Глава 43.
Когда девушки вернулись домой, в особняке Ильинских никто не спал. Потихоньку поднявшись по черной лестнице и прошмыгнув через кухню, они проскользнули в комнату Ани. Только успели скинуть промерзшие пальтишки, как в комнату постучали и явилась Натали. Она сияла.
- Аннушка, ты тут сидишь и ничего не знаешь!
