– В таком случае им пора уже и поиграть, ты не находишь?
Виктория прищурила глаза.
– Хилари сегодня утром была у тебя в домике Джилмартена. Я видела, как она оттуда выходила.
– Угу.
– Что ей было нужно?
– То же, что и всегда.
– Она пыталась заставить тебя отдать ей акции?
Фила посмотрела, как собаки с интересом обнюхивают обочину дороги.
– Это, наверное, единственная причина, по которой я могу понадобиться Каслтонам или Лайтфутам, не так ли?
– Ты нас винишь за это?
– Нет. Вики, я хочу тебе кое-что сказать. Я знаю, что тебя больше всего волнует судьба наследства Джордана. Не, беспокойся. Я не причиню ему вреда.
– Если на годовом собрании ты поддержишь Ника, а не Хилари, ты причинишь вред будущему моего мужа и тем самым будущему моего сына.
– Мне кажется, Ник блюдет интересы «Каслтон и Лайтфут».
– И Хилари тоже. Может, ей нет никакого дела до чего-либо еще, но Элеанор права. Вне всякого сомнения, она предана фирме.
– Ты не особенно любишь Хилари, правда?
Виктория прикусила губу и позвала сына:
– Джордан, иди сюда. Не нужно бегать с этой палкой.
– Почему ты ее не любишь? – продолжала тихо настаивать Филадельфия.
– Какое тебе, собственно, до этого дело?
Фила подумала с минуту.
– Ручаюсь, ты считаешь, что ребенок был от Дэррена, правда?
Виктория резко остановилась и повернулась к ней лицом.
– Ты сучка.
Фила закрыла глаза и затем чуть приоткрыла их.
– Последнее время многие отзываются обо мне в подобных выражениях. Твой муж назвал меня такими же словами.
– И был прав.
– Ну а ты не права. По крайней мере по поводу него. Хилари утверждает, что была изнасилована. Дэррен так никогда бы не поступил.
– Любой мужчина способен прибегнуть к насилию, если его к этому подтолкнут, так же как любой человек способен на убийство, – напряженно произнесла Виктория.
– Хилари не толкала его на это. Зачем ей это нужно?
– Кто знает, о чем она думает? Ей нравится подчинять себе все и вся. Она могла решить, что сможет контролировать Дэррена при помощи секса. Ведь пока они были помолвлены, Ник был как в дурмане.
– Вики, будь благоразумна. В прошлом твоего мужа и Хилари нет никакой ужасной тайны.
– Откуда ты знаешь? – Виктория не сводила глаз с лица Филы.
– Я бы почувствовала это. Я всегда чувствую такие вещи. Дэррен слегка осторожничает с ней, и у него есть для этого все основания. Она хитра, и он прекрасно это знает. В некоторой степени он восхищается ее умениями. Он хочет иметь с ней дело, потому что она в состоянии дать ему то, к чему он стремится, и, кроме того, Хилари все-таки член семьи. Но это единственное, что его в ней интересует. Поверь мне.
– Тебя не было здесь три года назад. Ты не знаешь, что тогда случилось. Проблемы поставили нас с Дэрреном на грань развода. Полагаю, что тогда было бы естественно, если бы он повернулся к Хилари,
– Если ты это внушаешь себе последние три года, то забудь. Этого не произошло. Я бы почувствовала, если бы между этими двумя имели место какие-то отношения. Это было бы заметно в те моменты, когда они вместе. Хилари ненавидит мужчину, от которого она забеременела, независимо от того, кем он был. Она не могла бы вести себя с ним так безмятежно, как ведет себя с Дэрреном. Не могу даже представить, с чего ты взяла, будто Хилари была беременна от твоего мужа.
Руки Виктории сжались в кулаки.
– Я никогда не была уверена. Но иногда задавала себе этот вопрос. Отец Дэррена был… ну, я уверена, что ты о нем слышала.
– Мужчина, который всю жизнь волочился за юбками. Да, это я уже поняла.
– Я часто лежала ночами без сна и думала, может ли такая вещь быть наследственной. – Виктория мрачно улыбнулась. – Но большей частью я пыталась выбросить все это из головы. А затем год назад появилась Крисси. Она сразу же смекнула, в чем дело. Она все время приговаривала: «Яблоко от яблони недалеко падает».
– И тем самым пробуждала твои тайные страхи?
– Да. – Лицо Вики стало белым как мел. – Видимо, да.
– Должно быть, Бэрк был настоящим мерзавцем.
– Пожалуйста, никогда не говори так при Элеанор.
– Слишком поздно. Вчера я уже сказала это.
Виктория скривила губы.
– Вот что ее так сильно расстроило. Это было жестоко с твоей стороны, Фила.
– Я знаю. Мне очень жаль, что я это сделала. Просто, как обычно, пыталась защитить Крисси.
– Как это все неприятно.
– Да, – согласилась Филадельфия. – Неприятно. И я собираюсь после августовского собрания убраться отсюда. В отличие от Крисси и вопреки общему мнению я не вижу особых преимуществ в том, что ты член семьи Каслтон или Лайтфут. Я не намерена здесь задерживаться.
Виктория оценивающе смотрела на нее.
– А что произойдет на августовском собрании?
– Я буду поддерживать Ника, что бы он ни предпринял. Затем я передам акции Дэррену.
– Но это будет слишком поздно, – сказала Виктория. – Нам нужно, чтобы на собрании Хилари была снова выбрана исполнительным директором.
– Мне очень жаль, – произнесла Фила, – но я доверяю Нику больше, чем Хилари. Говоря о доверии…
– Что о доверии?
– Наверное, тебе стоит сказать мужу, что ты доверяешь ему.
– С какой это стати? Он же мне не доверяет.
Филадельфия широко раскрыла глаза.
