– Согласен! Убитый огромный парень, плюс чемодан, но есть еще кое-что, указывающее, что убийца очень силен, – заявил Мокришин. – Посмотрите на висок жертвы. Патологоанатом, конечно, сделает свои заключения, но я уже сейчас могу сказать, что у этого парня проломлена височная кость.
– Убит ударом в висок? Чем же его так? Куском трубы, дубинкой, кастетом? Крови вроде бы нигде нет?
– Вот именно, крови нет! Труба, дубинка, камень или кастет оставили бы рассечение, а тут небольшой пролом кости, и все. Бьюсь об заклад, что этого здоровяка ударили кулаком!
– Кулаком? – удивился Веня. – Разве такое возможно?
– Все в этом мире возможно. Я с таким до сей поры не сталкивался, но ежели порыться в анналах… Впрочем, чего уж. Я абсолютно уверен, что вашего курьера убили голой рукой. Страшный удар, ничего не скажешь, и есть еще одна деталь.
– Какая?
– Я про правый висок. – Леня сделал ударение на слово «правый».
– Ты хочешь сказать, что в очередной раз…
– Вот именно!
– И в момент удара наш злодей наверняка стоял лицом к лицу с жертвой?
– Абсолютно в этом уверен, потому что сзади так не ударишь, – подтвердил Мокришин.
– Подождите, я ничего не понимаю! – запротестовала Мария. – Что это означает? Сзади, спереди? Что все это значит?
Веня достал из кармана пачку сигарет и закурил.
– Это значит, что мы в очередной раз имеем дело с левшой.
Вернувшись со станции вместе с опергруппой, Костин вместе с Кравцовым тут же отправились к Корневу. Слушая доклад Кравцова, полковник выпил как минимум три таблетки промедола, всякий раз запивая их едва ли не полным стаканом воды. После этого Степан Ефимович позвонил в главк и детально доложил о случившемся. Выслушав указания, Корнев с облегчением вздохнул.
– Ну что ж, дело о фальшивках, как говорится, сдвинулось с мертвой точки. Принято решение дело о выявлении банды Бубона и убийство Рыжова объединить в общее производство и, как уже было сказано, полностью возложить его на сотрудников оперативного отдела. То есть тебе и карты в руки, Вениамин!
– Очень хорошо, а то у меня и без этого Рыжова дел по горло. Ну а тебя, Костин, поздравляю с оказанной честью, – съязвил Кравцов, ухмыляясь.
Веня напрягся и одарил следователя суровым взглядом.
– Что такое? Ты как будто не рад?
– Рад, – пробубнил Веня. Впервые оставшись без поддержки Зверева при расследовании такого громкого дела, Веня чувствовал себя неуверенно. – Только, если честно, работать с этой столичной кралей мне тоже не особо хочется. Уж больно гонору у нее много. Не зря же Зверев от нее открестился.
– Ничего-ничего, – попытался успокоить Веню Корнев. – Стерпится – слюбится… Дамочка с характером, это сразу видно, но зато красавица…
– Мне-то что с того? Я вообще-то женат.
– Так я тебе и не велю с ней под венец идти. Просто с красивой женщиной и работать приятно. Ты ведь, как я понял, на убийство Рыжова с ней вместе ездил. Ну и как она в деле?
Веня пожал плечами:
– Да вроде бы нормально! Соображает быстро, когда при деле, так не хорохорится…
– Ну вот и славно. Где она, кстати, сейчас?
– В лабораторию с Мокришиным пошла, денежки считать.
– Ну правильно, ее сюда для этого и отправили. Ступай, Вениамин, и продолжай работать. И кстати, Виктор Константинович прав, – Корнев указал на Кравцова. – Ты гордиться должен, что тебе такое дело доверили…
– Да горжусь я! Горжусь! Вот только если бы Зверев не сбежал, не было бы ничего такого. Разрешите идти, товарищ полковник?
– Ступай, Вениамин, ступай. И не забывай ежедневно докладывать мне о ходе расследования.
Когда Веня вернулся в отдел, Мария уже была там и разговаривала по телефону, все так же занимая место Зверева. Когда Веня сел за свой стол, Мария положила трубку:
– Ну что Корнев?
– А что Корнев? Доложил в главк, напился таблеток и поздравил меня с тем, что оба дела объединили в одно и нам теперь их расхлебывать.
– Ну и хорошо! Тут радоваться нужно! Мы же только что преступную сделку в особо крупных пресекли. Знаешь, сколько в этом чемодане фальшивок оказалось?
– Сколько?
– Семьсот тысяч!
– Ого, и все фальшивки?
– Все!
– Ты понимаешь, какие мы молодцы? – Только сейчас Веня понял, что они уже давно перешли на «ты».
– Чем же мы молодцы? Если бы не этот левша, сделка бы наверняка состоялась. Ладно, чего уж там. Меня вот только одно интересует, знал ли убийца про то, что в чемодане деньги. Чемодан ведь он со станции прихватил, а потом, выходит, бросил.
– Думаешь, что он не знал про деньги?
– А кто ж его знает? Ты, кстати, куда звонила? – Веня тут же пожалел о том, что задал вопрос в такой форме. Сейчас небось скажет, что это не мое дело, что она передо мной не отчитывается.
Однако Веня тревожился напрасно. Мария совсем естественно сказала:
– В Москву, куда же еще? Доложила, что приступила к работе. Доложила, что все наши предположения подтвердились. Подпольный цех есть, и он именно здесь, в Пскове. Так что все хорошо… Я, кстати, сказала, что мне тебя в напарники дали, сказала, что ты у нас толковый, заверила, что наверняка скоро будут результаты.
Веня усмехнулся:
