Золотой век Испанской империи полностью

Одновременно с описанными событиями Эль-Мосо отправил своего дядю Алонсо Лопеса в Калотмул и на юго-восток Юкатана. Здесь ему снова встретились индейцы шиу, которые не захотели следовать примеру своих соплеменников из Мани и вступать в альянс с Испанией. Ему удалось подчинить Калотмул, но без большой славы. Затем, в 1543 году, Эль-Мосо возглавил хорошо снаряженную экспедицию в Кочуа на востоке, где был протяженный участок побережья. Монтехо Эль-Собрино больше интересовался северо-восточной частью полуострова, где он в 1543 году основал город Вальядолид, поставив там главным магистратом сильного лидера по имени Бернальдино де Вильягомес. Этот человек был офицером у Эль-Собрино и приходился младшим братом Хорхе де Вильягомесу, бывшему главным магистратом у Кортеса в Шочимилько и затем в Тласкале, где он подружился с сыном прежнего властителя этого города, Машишкастина, и даже сопровождал его в Испанию вместе с Кортесом в 1528 году. Таким образом, Вильягомес представлял новую аристократию Новой Испании.

И опять сорок или пятьдесят солдат были назначены жителями нового города. Судя по всему, жизнь поселения протекала вполне успешно, поскольку, как указывалось в реласьон, климат здесь был более здоровым и сухим, чем в Чуаке: «Это лучший из всех городов, что есть в Индиях… Вокруг [него] простирается обширная и пересеченная скалистая местность, покрытая кустарником… Здесь имеются два колодца с пресной водой… Капитан Монтехо начертил план города в северном, восточном и восточно-западном направлениях, наделив его широкими улицами…»{1201}

Касики Саси затеяли новое нападение в интересах многих городов, чьи силы были здесь сосредоточены, однако сам Саси был захвачен одним из людей Эль-Собрино, Франсиско де Сьесой, со всего лишь двадцатью испанцами. Зародившееся в Мериде восстание было предупреждено Родриго Альваресом. Затем Эль-Собрино продолжал путь через Экаб, где у Кортеса было первое столкновение с майя, и на Косумель – остров, который он пересек, не встретив сопротивления. Если ему и было на что жаловаться, так это лишь на поднявшийся шторм.

С согласия своего отца Монтехо Эль-Мосо передал командование над юго-востоком, в Четумале, сперва Хорхе де Вильягомесу, а затем Гаспару Пачеко с его сыном Мельчором и племянником Алонсо. Они добрались до Четумаля в начале 1544 года. Индейцы оказали сопротивление, и началась одна из жесточайших кампаний, направленных против них. Гаспару и Мельчору Пачеко удалось восстановить испанский контроль над территорией, однако для этого они прибегали ко множественным актам насилия. Отец и сын Монтехо были неспособны их обуздать. Францисканец фрай Бьенвенида осуждал семейство Пачеко: «Сам Нерон не был более жесток, чем этот человек [Алонсо Пачеко]», – сообщал он.

«Хотя туземцы и не вступали с ним в войну, он разграбил провинцию и пожрал их пищу; они же в страхе укрывались в зарослях… поскольку у этого капитана в обычае, захватив кого-либо из них в плен, спускать на пленника собак. И вот индейцы бежали от всего этого и не сеяли зерна, и потому все перемерли от голода… Некогда здесь были пуэблос по 500 и по 1000 домов, а теперь и селение в 100 домов считается большим. Этот капитан собственными руками убил множество людей с помощью гарроты, говоря: «Вот подходящая кара, чтобы покончить с этими людьми»; а после того, как убьет их, иногда говорит: «О, как хорошо я покончил с ними».

Однако были и события, благоприятные для индейцев – например их обучение, что теперь может показаться более значительным. Так, в середине 1540-х годов во францисканской школе в Мериде две тысячи индейских мальчиков уже учились читать и писать на языке майя европейскими буквами. Также они узнавали, что такое христианство, и обучались петь в хоре. В Ошкуцкабе в Мани, на земле дружественных испанцам индейцев шиу, был устроен францисканский приют, к которому в 1547 году была присоединена школа.