Золотой век Испанской империи полностью

В начале 1540 года кардинал Гарсия де Лоайса, давний председатель Совета Индий, собрал в Вальядолиде совет, чтобы всерьез обсудить вопрос, как следует обращаться с индейцами. С ним был доктор Рамирес де Фуэн-Леаль, который, как мы знаем, до этого эффективно и достойно возглавлял аудиенсии в Санто-Доминго и в Мехико. Теперь он был епископом города Туй в Галисии – симпатичного маленького городка на речной границе с Португалией, казалось бы, совершенно вдалеке от любых дел, касающихся Индий. Также присутствовали: Хуан де Суньига – военачальник, младший брат графа Миранды, майордомо принца Филиппа, и большой друг императора Карла, которому он служил верой и правдой{1225}; граф Осорно (Гарсия Фернандес Манрике), который был действующим председателем Совета Индий на протяжении большей части 1530-х годов; лиценциат Гутьерре Веласкес, отпрыск того же рода, что и упоминавшийся нами выше первый кубинский губернатор Диего Веласкес, отдаленный родственник великого хроникера Берналя Диаса дель Кастильо; а также Кобос и вечный бюрократ доктор Берналь{1226}. Фрай Бартоломе де Лас Касас, в это время снова вернувшийся в Испанию, прислал Гарсии де Лоайса меморандум касательно того, как положить конец «мучению индейцев», предлагая ликвидировать все энкомьенды.

Эта дискуссия, открытая Гарсией де Лоайса в 1540 году, продолжалась с перерывами на протяжении почти двух лет. Начало ей положили шесть интересных вопросов, представленных на рассмотрение совета его председателем, который, не следует забывать, много лет был духовником короля:

Как следует наказывать тех, кто дурно обращается с индейцами?

Как лучше всего наставлять индейцев в христианском вероучении?

Как можно гарантировать, что с индейцами будут обращаться хорошо?

Необходимо ли христианину принимать в рассмотрение благополучие рабов?

Что следует сделать, чтобы обеспечить выполнение губернаторами и другими чиновниками государственного приказа действовать справедливо?

И наконец, как правильно организовать отправление правосудия?

Сохранились ответы одного из присутствовавших, Педро Меркадо де Пеньялосы, который был обязан своим карьерным продвижением тому, что был зятем Ронкильо, мэра Вальядолида. Он предлагал отправить шесть ученых мужей из испанского верховного суда для выполнения ресиденсии всех подобных учреждений в Новом Свете. После этого, по его мысли, порабощение индейцев должно было прекратиться{1227}.

В это время в Испании выпускалось множество королевских указов, направленных на содействие или, по необходимости, приведение к завершению планов по мирному обращению индейцев. Так, например, францисканцам было предложено предоставить Лас Касасу список индейцев, обладающих музыкальными талантами и способных писать музыку к псалмам.

Не менее важным нововведением был необычайный эксперимент, связанный с новым францисканским приютом в Тлателолько – городе рядом с Теночтитланом, на острове непосредственно к северу от него. Этот город обладал независимостью до 1470-х годов, после чего был успешно поглощен мексиканской столицей вплоть до ее завоевания. В 1520–1521 годах здесь происходило немало боев. Не прошло и четверти века после падения старой Мексиканской империи, как целеустремленный и дотошный францисканец фрай Бернардино де Саагун, прибывший в Новую Испанию в 1520-х годах, возглавил здесь попытку обучения детей мешикской знати. Училище, основанное 6 января 1536 года, называлось «Colegio Imperial de Santa Cruz de Santiago de Tlatelolco». Испанцы и монахи других орденов, бывшие свидетелями основания этого учреждения, «…открыто насмехались и глумились над нами, считая, что, без сомнения, ни у кого не хватит ума, чтобы обучить грамматике людей, обладающих столь незначительными способностями. Однако после того, как мы поработали с ними два или три года, они приобрели настолько глубокие познания в грамматике, что некоторые не только понимали латынь, могли говорить и писать на ней, но даже сочиняли героические поэмы на этом языке…