Альварадо, которого туземные индейцы называли Тонатиу – «сын Солнца» (а иногда и просто «Солнце», «el Sol»), – за его светлые волосы, высокий рост, красивую внешность и голубые глаза, был наиболее популярной фигурой из множества храбрецов, имевшихся в армии Кортеса{309}. В декабре 1523 году Кортес поручил Альварадо задание – отправиться в Гватемалу и поглядеть, действительно ли там, как ему говорили, «множество богатых и прекрасных земель, населенных незнакомыми, не похожими на уже известные нам народами»{310}. Предположительно ему было также известно, что этот регион плодороден, что там произрастают хлопок и какао и что некогда именно оттуда произошли дикие предки таких культур, как маис, томаты, авокадо и батат. Диас дель Кастильо писал, что Кортес просил Альварадо «постараться склонить этих людей [население Гватемалы] к миру, не развязывая войны, и проповедовать им все, что касается нашей святой веры, при помощи переводчиков, которых он взял с собой»{311}. Пользуясь случаем, он тут же добавляет, что Альварадо был «очень хорошо сложен и подвижен, с приятными чертами лица и манерой держаться; и внешность, и речь его доставляли столько удовольствия, что казалось, будто он постоянно улыбается»{312}.
Он был превосходным наездником, любил богатую одежду и всегда носил на шее тонкую золотую цепочку, на которой висел драгоценный камень, а на пальце – кольцо с крупным бриллиантом. Отрицательными его чертами, по свидетельству Диаса дель Кастильо, было то, что он слишком много говорил и порою жульничал при игре в тотолок{313}. Другие впоследствии жаловались на его безразличие к чувствам индейцев, с которыми он обращался так, словно они недостойны даже презрения{314}. Несколько его солдат, участвовавших в экспедиции в Гватемалу, позднее свидетельствовали о его жестокости.
Альварадо выступил в путь. Расстояние было, несомненно, значительное. Даже сейчас сухопутный переход из Мексики в Гватемалу представляет собой нелегкую задачу. Олдос Хаксли с ужасом писал о путешествии из Оахаки в Чьяпас – а ведь он, чтобы увидеть своими глазами долгую линию тихоокеанского побережья, передвигался отнюдь не пешком или на лошади, как Альварадо со спутниками.
Альварадо взял с собой около 330 человек, из которых 120 были конными, а остальные пехотинцами. У него было четыре пушки, которые согласились тащить индейцы{315}, а также сильный отряд арбалетчиков и мушкетеров. Эта экспедиция с самого начала носила семейный характер: вместе с Педро ехали его братья Хорхе, Гонсало и Гомес – все они сопутствовали Кортесу в его волнующих путешествиях, – а также двое его племянников, Диего и Эрнандо де Альварадо, и его будущий зять Франсиско де ла Куэва. При нем имелся капеллан в виде фрая Бартоломе де Ольмедо – мерседария, который прежде путешествовал с Кортесом и делом рук которого были 2500 обращенных, считая до его смерти в конце 1524 года{316}. Все они благоговели перед Педро де Альварадо.
Помимо прочего, у Альварадо имелось значительное количество «туземцев» из центральной части Мексики – около 6 или 7 тысяч человек, согласно расследованию (pesquisa), проведенному Антонио де Луна в 1570 году. Среди которых, по всей видимости, были и мешики, и жители Тласкалы – главные союзники испанцев. Очевидно, имелось и некоторое количество черных африканских рабов{317}.
У Альварадо ушел месяц на то, чтобы добраться до Соконуско – территории, широко известной своим шоколадом, а также, как и сейчас, своими прекрасными пышными женщинами. Педро Альварадо отдал это место в энкомьенду своему брату Хорхе (до этого оно год или два принадлежало самому Кортесу){318}. Мешики окончательно покорили эти земли лишь в начале текущего столетия, во времена правления Монтесумы – но еще за сорок лет до этого здешние племена раз в полгода посылали мешикам дань в Теночтитлан{319}. Известность этой стране принесли, кроме всего прочего, прекрасные зеленые перья птички кецаль (квезаль). Возможно, что плюмаж знаменитого головного убора, что хранится в Вене, сделан из перьев здешних птиц.
