Ты не даешь себя отнять
От этой мнимой необъятности.
Ты не даешь себя увлечь
На галактическую Млечь,
Текущую по Вес конечности.
Ты не даешь мне рассмешить
Тебя и этим отрешить
От чопорной нерассмешимости.
Ты не даешь себя смешить.
Ты не даешь себя увлечь.
Ты не даешь себя обнять.
Но хватит у меня решимости!
ГОЛУБИ КУПАЮТСЯ
Холода не будет —
Голуби купаются.
Голуби купаются к теплу.
Голуби купаются
В лужице
И кружатся.
Курицы конаются
По всему селу.
Тучи расступаются...
Домоседки судят,
Нос прижав к стеклу:
— Холода не будет:
Голуби купаются.
Голуби купаются к теплу!
ВОТ ЧТО ДЕЛАЕТ СНЕГ, ЕЩЕ ДАЖЕ НЕ ВЫПАВ
Вот уж воистину, — надо жечь свечи
с вечера, а нечи
топить с утра,
Но вчера об этом не было даже и речи.
Ибо солнце, срываясь с небес на подобье ядра,
Будто рявкая: «Будь осторожен со мной, человече!»,
Закатилось в леса, превращая листву в буревое подобье
костра,
То есть был небывалый не в завтра, не во вчера
Этот северный вечер, похожий столь сумасшедше
На черноморские фиолетово-морские вечера.
Но сегодня утром, едва различим,
Холодок ветерка захрустел между флюгерных
скрипов —
И облака в силу этих причин
Стали похожими на окаменелые обломки
коралловых рифов,
Торчащих из оледенелых морских пучин.
Вот что делает снег, еще даже не выпав.
***
Солнце
Плащ сменило голубой
На чернейшую в сезоне тучу,
Л деревья, сбившиеся в кучу,
Перешептывались меж собой:
«Если бы столкнуться зорям —
Утренней с вечерней — в небесах!
Если бы над Черным морем
Белый Север шел на парусах!
Если б зори встретились на море
Чермном будто красное вино,
Ход бы мировой истории
Ныл бы тем же самым все равно!»
А вот если б мы не встретились на взморье,
Но дорогам идучи земным,
Ход бы мировой истории
Был бы несколько иным!
ПРЕДДВЕРЬЕ ДНЯ
Преддверье дня.
Трава в росе.
Я встану, в саноги обуюсь —
Восходом солнца полюбуюсь.
Петух в деревне не ноет,
Снят псы, спят птички-попрыгуньи.
Л солнце что-то не встает.
Должно быть, очень устает —
Пересияло накануне!
Лишь чья-то голова в овсе,
Как будто и не солнце вовсе.
Да нет — оно во всей красе:
«Я — здесь! И вы на месте все»,—
И в колею свою вошло всё.
ПОДСНЕЖНИК
В этот день
Скакал, как заубежник.
Но ту сторону границы
Зной!
В эту ночь
Глумился мрак насмешник
Над тобой и надо мной.
Девушка
Споткнулась о подснежник!
***
Утром
Туман лежал,
А физкультурник бежал.
Шесть на часах,
А в небесах
Диск обозначен,
ПолуПрозрачен.
Солнце неярко —
Еще нежарко.
Сел на пенек
Паренек:
— Славный денек! —
Славный денечек —
Дни лучше ночек.
Мудр, кто не ленится!
Вот тебе и всё стихотвореньице!
МАШИНОПИСЬ
Не пишущая машинка
Перепечатывает скверно,
Как будто вовсе разучилась,
А ты! И потому, наверно, в конце концов и
получилась
Такая масса опечаток, что все они не что иное,
Как очень четкий отпечаток происходящего со мною —
Такая бестолочь, такая
Описок уйма, оговорок...
И я тебя не попрекаю,
Ведь я тебе не лютый ворог!
Но прояви и ты терпимость
Ко мне! Не Нестор я, не Пимен,
И даже и не Анонимус,
И даже не непогрешим, как
Тот римлянин, наместник божий...
Да ведь и ты, конечно, тоже
Не пишущая машинка!
***
Вот уж день был! Прыгала листва,
Будто пригоршнями медных денег
Он швырялся ради озорства:
Я, мол, даже золота не пленник!
И шелестела перед ним трава.
И ушел он в лес не по дрова,
Этот день осенний, все короче,
И летела вслед за ним сова,
К ночи пуча северные очи.
О СУДЬБАХ ЧЕЛОВЕКА ОДНОГО
И вечер
Нынче снова не такой,
Какими стали наши вечера...
Сама заметь,
И не маши рукой,
И не ответь:
«Оставь! Прошла пора!»
Но если ты охвачена тоской,
Я расскажу про случай колдовской —
О судьбах человека одного.
Верней, о бытие его втором:
Сперва убила молния его,
Но воскресил поспевший следом гром.
«Не лги! Оставь пустое хвастовство!»
Не веришь?
Говорю тебе добром:
Не изменить бы ровно ничего.
Когда б его убил сначала гром,
А воскресила молния его!
***
Даже Тихий океан
Успокаивается не сразу,
Умеряя и умеряя прибой,
А человек тем более не может приходить в себя по
приказу,
Отданному даже тобой!
И немыслимо
Вдруг позабыть все волненья и все опасенья
Потому, что — подумай, представь себе это сама —
Так свершаются, может быть, землетрясенья:
Вдруг толчок —
И молчок!
И кромешная тьма!
***
Стрекоза
Прилетела к ведру на дворе,
Захотела напиться она в октябре.
Зряшний труд!
Видишь, голый торчит в небе прут,
Пчелы взяток уже не берут
И вода замерзает в ведре!
И вода замерзает в ведре!
А не рано?
Стрекоза прилетела к ведру на дворе
С океана!
ХИМЕРЫ
Сколько
Нагромоздилось туч
За день!
Мы
У подножья их горных круч
Сядем,
А эти горные кручи возьмут и растают.
Как и химеры, которые там обитают.
ТРОФЕИ ЛЕТА
Трофеи лета:
Кленовый листок
И феи лета
Вишневый хлыстик,
Лекарственные травы, ныне зовущиеся по-латыни.
Чтоб исцелять по-древнерусски;
Валявшиеся под ногами, из пашни вырыты плугами,
Окаменевшие моллюски, на знак вопроса столь похожи;
А также вы, коровки божьи,
Завезены ли в город нами
Иль вслед за нами мчались сами,
Охвачены осенней дрожью!
Но главные трофеи лета,
Вернее — корифеи лета:
Хлеба, союз пшеницы с рожью!
АЛМАЗНЫЙ ЛОМ
В майском небе бледно-злом,
Там за лунной банькой где-то,
Вместе с хладным помелом он стоит, алмазный лом.
Ни комета, ни ракета.
— Для чего ты? —
Мет ответа.
Я схвачу алмазный лом,
Долбану, и сквозь пролом
Ринутся лучи рассвета.
