Девчонка болтала, смеялась и задавала уйму вопросов. Казалось, все намеренно не обращали на них внимания. Отец о чем-то говорил с лордом Титосом, а мать с леди Джейн. Этот Тайвин слушал разговоры старших, а остальные дети тихо говорили между собой, иногда о чем-то споря.
— Тебе достался кусочек с большой вишней и цветочком, а мне нет. — Недовольно проворчала Дженна.
— Ну и что? У тебя даже кусок больше.
— А я хочу вишню и цветочек.
Бринден закатил глаза и уже занес ложку над тортом. Дженна вздохнула и тоскливо уставилась на свой кусок торта. Талли осторожно подцепил масляный цветок ложкой и быстро опустил его на тарелку Дженне. Туда же отправилась и вишня.
— А тебе?
— А я уже не ребенок, мне не нужны цветочки. — Ответил Бринден, с трудом сдерживая зевоту.
Девочка снова заулыбалась своей немного беззубой улыбкой и принялась болтать ногами. Она быстро съела свой кусок и тоже начала зевать.
— У меня пони есть. Я его тебе завтра покажу.
Бринден хотел было ответить, что никакие пони ему не интересны и девчонки тоже, однако не стал ничего говорить. Вдруг еще обидится, голосить начнет… Нет, не станет он ей грубить, а то еще потом извиняться заставят.
***
Утром его разбудил негромкий стук в дверь. Бринден натянул на себя одежду и открыл дверь. На пороге, к его изумлению, оказалась Дженна. Уже умытая и очень бодрая. Красное платье придавало ей сходство с какой-то маленькой круглой ягодой. Бринден рассматривал девочку, мысленно мечтая вернуться обратно в постель и проспать целый день. Почему эта девчонка вообще не спит?!
— Пойдем пони смотреть? Покатаешь меня на твоей лошадке?
— Это не лошадка, а боевой конь. И я хочу спать, а не смотреть на лошадей.
— Ну и ладно. Я сама пойду и покатаюсь. — Заявила она, гордо удаляясь.
— Стой! Нельзя одной!
Бринден с сожалением закрыл дверь комнаты и двинулся следом за девочкой. Она улыбнулась и взяла его за руку. Мальчик поморщился, но руку убирать не стал.
Казалось чудом, что она не путается в этих бесконечных коридорах и лестницах. Бринден сбился со счета, пытаясь запомнить все повороты, прежде чем они вышли к конюшням. Дженна тут же побежала к стойлу, где мирно спал гнедой пони. В гриву животного были вплетены ленточки и какие-то бантики, придавая ему совершенно идиотский вид. Бринден подошел ближе.
— Его зовут Яростный. Он очень злой и суровый. Его все боятся — Гордо сообщила девочка, поправляя бант на челке пони. — Красивый, да?
— Ага. — Мальчик в очередной раз не хотел расстраивать девчонку, уж очень она искренне считала, что это недоразумение способно вызвать у кого-то страх.
— А это твой?
— Да. Его зовут Вихрь.
Дженна восхищенно рассматривала коня, широко улыбаясь. Талли зевал и рассматривал конюшню. В просторных стойлах стояли самые разные лошади, кажется были даже дорнийские, но Бринден не был уверен. Особенно красивым ему показался снежно-белый конь, стоявший недалеко от Вихря. Такого красавца Бринден еще не видел! Он подошел ближе, рассматривая изящное животное. Наверняка, очень быстрый! От созерцания его отвлек какой-то неприятный звук.
Повернувшись, Бринден увидел, что леди Дженна, с кряхтением, пытается открыть стойло.
— Нельзя туда! Он же тебя затопчет!
— А я хочу на нем посидеть. Я умею. Папа меня уже катал на большой лошади.
— Все равно нельзя! Маленькая ты еще.
— Не маленькая! — Дженна скрестила руки на груди и поджала губы.
Спор угрожал стать еще более громким, но откуда-то из коридора донесся дребезжащиий женский голос.
— Леди Дженна! Где вы?! У вас сейчас вышивание!
Девочка тут же потянула Бриндена к ближайшему стойлу, прижимая палец к губам и смотря на него умоляющими глазами.
— Это моя септа. Она противная. — Прошептала девочка, когда они оба спрятались от надвигающейся угрозы, — Только не выдавай, а то меня ругать будут.
Бринден подумал, что Хостер на его месте, наверняка бы сдал девочку септе. Это правильно. Но он не Хостер.
Септа, походив где-то поблизости, ушла. Немного послушав тишину, нарушемую только тихим ржанием лошадей, дети выбрались из своего укрытия. Дженна потянула Бриндена в обратный путь, ведя его к очередной лестнице.
— Спасибо, что не сдал. Думаю, ты будешь хорошим мужем.
— Думаешь, мы всё-таки поженимся?
— Моя мама говорила твоей маме, что да. Когда я расцвету. Ну, то есть, когда я расцвету, а не когда моя мама. Понимаешь?
— Не очень. — Честно признался мальчик.
— Я тоже. Наверно, это значит, когда я буду большой.
Бринден согласился. Это звучало разумно.
Остановившись возле комнаты Бриндена, девочка ликующе уставилась на него, будто в ожидании.
— Что ещё?
— Ты жених! Значит должен поцеловать меня. Так все женихи делают.
Бринден был согласен. Хостер вот действительно целовался с Минисой, но всегда бранился, если брат их заставал. Бринден почесал затылок. Девочка выжидательно на него смотрела и улыбалась. Наклонившись, Бринден быстро прикоснулся губами к маленькой розоватой щеке.
Дженна потрогала место поцелуя, счастливо улыбаясь, а после серьезно добавила:
— Теперь у нас будет ребенок! Я знаю.
— Чего?! Какой еще ребёнок? Они не от этого появляются.