Сквозь бешенные бури, сквозь атаки свирепых акул, сквозь смертельно холодный туман пробирается к заветному Черному Мечу бесстрашная принцесса Ториль, наследница страны Повелителей Огня, и два ее спутника, юные братья Чани и Хани. Только этот Меч может сразить всемогущего и безжалостного Морского Короля, решившего превратить всю землю в одно сплошное море. Велика решимость принцессы, умны и храбры братья. Но опасность притаилась рядом. Ближе, чем они думают!
Шторм настигал галеру.
Прозрачная зеленоватая вода замутилась, посерела, на гребнях волн замелькали белые барашки, сильнее оттеняя стремительно сгущающуюся темноту. Ветер, совсем недавно едва ощутимый, теперь с резким неприятным свистом продирался между снастями, неся с собой горсти соленых брызг, с такой силой хлеставших по лицу, что невольно выступали слезы. Тяжелый черно-золотой штандарт, лениво игнорировавший попытки легкого бриза расшевелить его, выпрямился и лихорадочно дрожал, сгибая флагшток и при каждом новом порыве ветра хлопая, как огромная доска.
Капитан, давно уже с беспокойством глядевший в потемневшее небо и что-то невнятно бормотавший о северном ветре, озабоченно метался по палубе, пробуя, прочно ли закреплены бочонки. Ториль, кутаясь в длинный плащ, стояла на кормовой надстройке, с легким презрением оглядывая эту суету. Она лишь надвинула капюшон, укрываясь от брызг и пены. Капитан что-то прокричал ей снизу, но ветер срывал слова с губ и уносил прочь, и она ничего не расслышала. Капитан подбежал к ней, нагнулся к самому уху и, надсаживаясь, выкрикнул:
— Мы можем не успеть!
— Почему? — не поняла Ториль.
— Нам придется спустить парус. Я боюсь, что при таком ветре мачта может не выдержать. А на одних только веслах далеко не уйдешь.
— Но почему мы должны торопиться?
— Извольте взглянуть, принцесса.
Ториль, прикрывая глаза ладонью, всмотрелась туда, куда указывал толстый, заросший жестким черным волосом палец капитана.
— Ничего не вижу.
— Присмотритесь повнимательней, принцесса.
Ториль прищурилась, и тогда ей показалось, что она различает среди волн неясное черное пятно, что-то вроде большого черного треугольника.
— Вы об этом? — пренебрежительно усмехнувшись, спросила она.
Капитан выпучил побелевшие от страха глаза и замахал на нее руками.
— Т-с-с… Тише, тише, — зашипел он. — Как можно так говорить о слуге Морского Короля.
Ториль резко вздернула голову:
— Ты, кажется, забыл, кто я!
Капитан растерянно завертел головой, явно не зная, на что решиться. Потом согнулся в почтительном поклоне, придерживая рукой то и дело норовящую сорваться шляпу.
— Пусть простит меня ваше высочество, но эта сила много выше вашей. Я давно плаваю, но ни разу еще не слышал, чтобы кому-нибудь удалось… Морской Король не хочет, чтобы наша галера пришла в Акантон. Извольте обратить внимание: ветер с севера, нам навстречу.
— Ну и что?
— Это он наслал шторм, здесь его слуги… И я не могу… — потерянно лепетал капитан, по-прежнему не разгибаясь.
— Говори громче. Я не слышу! — внезапно приказала Ториль.
Капитан, жалобно скривившись, втянул голову в плечи так, что на виду осталась только растрепанная черная борода.
— Не могу… Не смею, — еле донеслось до принцессы. — Мне кажется, что это сама Белая Смерть…
Ториль сорвала с пальца тускло сверкнувший в слабом, едва пробивающемся сквозь тучи свете перстень.
— Держи!
Голова капитана вынырнула наружу, он ловко поймал брошенный перстень, облизнул мокрые красные губы и опрометью бросился с кормового помоста вниз к гребцам. Ториль видела, как металась его толстенькая невысокая фигурка, как он размахивал руками и, похоже, что-то кричал, но все заглушал заунывный вой ветра, в котором Ториль вдруг почудились какие-то плаксивые причитания, чьи-то неясные голоса… Гребцы возражали капитану, то и дело указывая на пенящиеся за бортом волны, которые уже начали захлестывать галеру.
Ториль заметила, что волны постепенно становятся совсем иными. Исчезла пенная оторочка, срываемая ветром, и теперь на галеру шли огромные иссиня-черные валы. Гребни волн вырастали над мачтой, но галера, казавшаяся теперь совсем маленькой, упрямо взлетала вверх, чтобы в следующее мгновение оказаться снова в водяном ущелье.
Особенно крупная волна с треском ударила галеру в корму, захрустели ломающиеся доски, поток, хлынувший через помост, смыл рулевого. Ториль, ослепшая и оглохшая, с трудом удержалась, схватившись за какой-то канат. Галера беспомощно завертелась, но капитан, а моряком он, видимо, был все-таки хорошим, стремительно взлетел на помост и налег на рулевое весло, выправляя корабль.
— Нам придется остановиться! — срывая голос, закричал он. Заметив, что Ториль начала снимать еще один перстень, он замотал головой: — Нет, нет! Это не поможет, это бесполезно! Мертвецам не нужно золото. Я жадный человек, но я хочу жить. Я отдал приказ спустить парус. Мы узнаем, чего хочет Морской Король, и, может быть, нам позволят продолжить дорогу.
— Может быть?!
Капитан в отчаянии заломил руки.
— Но так-то нас наверняка утопят!
Синие глаза Ториль потемнели и стали почти черными.
— А ты, можно подумать, не знаешь, что им нужно…
Капитан слегка покраснел и блудливо отвел глаза.
Галеру еще раз сильно встряхнуло, в шуме ветра Ториль ясно услышала издевательский довольный хохот, и тут, перекрывая вой и свист, снизу донесся истошный вопль:
— Спасайся! Вэйверы!
