Золотые мятежники полностью

— Нет, уходи. — Улия замерла на полсекунды, на ее лице было написано сомнение. Сейчас была не та ночь, чтобы проявлять неповиновение. Но Колетта была уверена, что та и так все знает; что бы ни заставило ее замешкаться, это было крайне важно. — Да?

— Возможно, это пустяки… — Улия опустила глаза. — Я не претендую на то, чтобы знать, какое величие ты плетешь, и никогда не стану судить…

— Говори! — Колетта не терпела, когда она колебалась. Улия подпрыгнула от необычной силы в голосе Колетты.

— Я заметила, что комната Йеан пустует уже несколько дней… Мне просто показалось странным, что от нее нет никаких вестей. Я подумала, может быть, эта «Королева Призраков»…

— Как давно это было? — перебила Колетта, размышляя о своих собственных теориях. Она просто предположила, что Йеан была сосредоточена на уничтожении цветов. Но теперь, когда она подумала об этом, оказалось, что уже прошло некоторое время с тех пор, как один из ее любимых цветов появился перед ней.

— С тех пор как я видела ее в последний раз… месяц, может, больше? — Улия покачала головой. — Прошу прощения, миледи, это не точно.

— Ты правильно сделала, что сказала мне. — Колетта выдавила из себя похвалу. Вымещать злобу на самых преданных за чужие промахи — верный способ потерять эту преданность. — А теперь убирайся.

— Да. — На этот раз Улия действительно ушла.

Воистину не было покоя для усталых. Не успела Колетта подумать о Йеане и последних новостях о Цветах Агенди, как в ее пространство вторгся еще один гость.

— Колетта! — прорычал Ивеун.

— Я здесь. — Голос ее был спокойным, почти монотонным. Кто-то из них должен был держать себя в руках.

— Что случилось? — Видеть Ивеуна в своих покоях было так странно, что Колетта почти не обратила внимания на то, что он вышагивал, как дикий зверь, только что освобожденный из клетки. — Все с Там'Оджи прошло хорошо, а потом, как только они отбыли, Дорив'Рю приносит мне свои соболезнования по поводу нашей потери? Что нет золота? — Он остановился и встал напротив нее. — Ты уверяла меня, что золото будет.

— Было.

— Тогда что…

— Его украли.

— Украли? — Если бы кто-нибудь сказал Колетте то, что она сейчас говорит Ивеуну, ее реакция была бы примерно такой же. — Кто бы посмел?

— Королева Призраков.

Эмоции на его лице менялись одна за другой, закручиваясь, пока не достигли пиковой скорости, превратив Доно в смерч, готовый уничтожить все на своем пути.

— Королева Призраков? Я говорил тебе, что Арианна опасна. Я говорил тебе, что она — та, на кого мы должны охотиться. — Ивеун вытянул палец, похожий на пистолет Фентри, и направил его на нее. — Ты предостерегала от этого, отправила Фейи в Син. Теперь посмотри, к чему это привело.

Рот Колетты дернулся, и она постаралась сохранить безразличное выражение лица. Трудно было сказать, прав ли Ивеун, но она также не могла утверждать, что он ошибается.

— Это прискорбные события, но…

— Но? Но? На Луме нам мешают на каждом шагу. — Ивеун выкрикнул несколько неприятных слов и снова принялся расхаживать. — Даже на Руане мы с трудом удерживаем Неаполь, полагаясь только на решимость. Наши люди умирают в ночных стычках или от скуки.

Неаполь. «Битва» — если ее можно было так назвать, поскольку Дом Син не оказал им никакого сопротивления — закончилась за ночь, что, по мнению Ивеуна, означало, что они могут беспрепятственно бежать через остров. Син, к сожалению, оказались слишком умны для этого. Они отступили в свои леса и горы, копируя стратегию, которую Лум применял уже несколько месяцев.

Прятаться было позорно для Дракона, но это помогало им выжить.

— Этот синий мерзавец, — Кварех, мысленно добавила Колетта, — не ответит на мои требования о дуэли.

— И он тоже.

Из кончиков пальцев Ивеуна вырвались когти. От пульсации его магии по позвоночнику Колетты пробежали мурашки. Тошнотворно сладкий запах ярости терзал ее товарища.

— Он называет себя Оджи! Если он хочет, чтобы его признали на Нове, он должен ответить на мой вызов.

— Нет, если он стремится свергнуть Нову. — Колетта со всей присущей ей грацией опустилась на пуфик в центре комнаты.

— У него нет надежды победить Нову. Мы победим в каждой дуэли!

— Дуэлей не будет. — Да и не будет. Будь она на месте Квареха, она бы подождала, пока все карты окажутся у нее в руках, прежде чем открыто выступить против Ивеуна.

— Это неслыханно. Он ведет себя как… как… как…

— Как Фентри. — Это заявление привлекло внимание Ивеуна. Наконец увидев, что его глаза очистились от гнева настолько, чтобы хотя бы слушать, Колетта продолжила. — Как мы знаем, Фентри не заботятся об обществе. Они пойдут на все, чтобы выжить, и Син не лучше. «Цели» — их цели — оправдывают средства, используемые для их достижения, даже если это означает игнорирование Драконьего закона. А почему бы и нет? Если они последуют закону, то умрут. Если же откажутся, у них останется лишь небольшой шанс на победу.

— Нужно быть настоящим безумцем, чтобы понять их извращенную логику. — Ивеун медленно покачал головой, словно отвращение сковывало его движения.