Под тёмным полночным покровомЧуть светит пятно фонаря,Над городом средневековымТяжёлые звёзды горят.Старинные стены и башни,Прижатые в вечность дома.На улочке древней и страшнойТяжёлая древняя тьма.Сплетает усталость ресницы,В руке неподвижна рука.Вдали полыхают зарницыИ смотрят из чёрной бойницыНам вслед неживые века.Над городом — вечным сияньем —Тяжёлая звездная твердь.И где-то — тяжёлым молчаньем —Уже недалёкая смерть.
7. VII.36
<p><strong>«Усталой честностью усталый друг…»</strong></p>Усталой честностью усталый друг,Последней честностью усталых рук,Последним мужеством (а силы — нет),Последней бодростью усталых лет.За всё отчаянье, за боль, за ложь,За всё ответил ты, и вот живёшь…За то, что предан был и одинок —Последней нежностью (как только мог)…
30. VII.36
<p><strong>«Над широкой вечерней равниной…»</strong></p>Над широкой вечерней равнинойПамять незабываемых дней.Да в улыбке подросшего сынаСлабый отблеск улыбки моей.Груды старых тетрадок на полке,Пачки писем (когда? от кого?)Чьей-то жизни слепые осколки.А потом — ничего. Ничего…Много скудных стихов,Да ещёКрест, обвитый зелёным плющом.
20. VIII.36
<p><strong>«Ты знаешь сам — таков от века…»</strong></p>
Виктору Мамченко
Ты знаешь сам — таков от векаЗакон, нам данный навсегда:От человека к человеку —Дорога боли и стыда.За проблеск теплоты минутной —Цена невидимых утрат,И непреодолимо трудноСказать простое слово: брат.И если для тебя дорожеТвой невзволнованный покой,— Не отзывайся на тревожныйИ жадный зов души другой.Очнись от жалости невольной,Останови последний шаг:Почти всегда бывает больно,Когда раскроется душа.
21. VIII.36
<p><strong>«…И каждый новый промелькнувший город…»</strong></p>…И каждый новый промелькнувший город,И в Сен-Мало торжественный прибой,И силуэты башен над водой,И кружева Руанского собора —За эти три опустошённых дняТак страшно вдруг поблекли для меня.
15. IX.36. Эрувилль
<p><strong>«Мои слова о верности и боли…»</strong></p>Мои слова о верности и боли,Мои слова, нежней которых нет,Не растеряй в своей слепой неволе,Мои слова, похожие на бред.От жарких слёз опухнувшие веки,Стихи о том, что невозможно жить…Я знаю, как жестоко в человекеЖелание — всё поскорей забыть.Припомни всё в короткий миг утраты,Когда в вечерний, в неурочный часПритихшею больничною палатойПройдёшь ко мне. Уже в последний раз.
