Сехера всегда поражало стремление мужчин по всякому поводу воевать с женщинами. Они не понимали, что в этой своей борьбе выглядят не просто жалко, а что этим они обрекают себя на вечный проигрыш, тем более нелепый, что не ведают, чего они себя лишают. Воистину, кого Боги хотят погубить, у того они отнимают способность мыслить здраво!
…Они плыли день, ночь, и еще два дня. Избегая многолюдных поселений, причаливали в укромных, тихих заводях, пополняли запас продуктов и снова отправлялись в путь.
Тийна почти все время спала, укрытая от палящих лучей солнца золототканым покрывалом, натянутым подобно шатру и создающим приятную тень. От воды пахло тиной и жирным илом. Гулко хлопали крыльями вспугнутые стаи гусей и уток, плескалась крупная рыба, низко носились разноцветные стрекозы…
– Не дай бездействию одолеть тебя, ибо могущество твое соизмеримо воле твоей!
Сехер, посмеиваясь, обрызгал Тийну водой, заставляя ее окончательно проснуться.
С тех пор, как они отплыли от родных берегов, и призрачные очертания города и храмов растаяли в дали, залитой лунным светом, – женщина стала сосредоточенно-печальной. Она все время смотрела в ту сторону, которую они покидали навсегда, и в глазах ее то загорался, то потухал странный блеск.
Сехер старался отвлекать ее от невеселых мыслей, в которые не мог проникнуть. И сейчас он надеялся, что новый дом, который он приобрел заранее и переделал по своему вкусу все его внутреннее убранство, понравится женщине и доставит ей удовольствие.
– Что это?
Тийна привстала и с интересом разглядывала одинокое низкое, довольно больших размеров здание из белого известняка, окруженное огромным полудиким садом, привольно раскинувшимся на пологой возвышенности. Несколько хозяйственных построек, чуть в отдалении, белели на фоне ярко-синего неба.
– Это наш новый дом! Надеюсь, я угодил тебе, – по крайней мере, я очень старался, чтобы это было жилище, в котором быть хозяйкой – удовольствие, а не обуза. Отсюда ты сможешь любоваться закатами на реке…
Он подавил вздох, и продолжал тем же ровным тоном:
– Я привез сюда несколько преданных слуг, заранее. Да вот они…
На берегу, у небольшого деревянного причала, стояли несколько чисто одетых мужчин крепкого сложения, и две немолодые женщины. Они помогли усталым путешественникам сойти на усыпанную песком тропинку, вьющуюся между высокой болотной травой и тростником. Мужчины принялись вытаскивать на сушу лодку.
