УДК 271.2ББК 86.372С-37Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной ЦерквиИС Р 14-410-1074Рисунки Дарьи БезбородыхСимеон Афонский, мон.Золотые правила для новоначальных, собранные в уединении (О наболевшем) / Монах Симеон Афонский. – М.: Изд-во ПСТГУ, 2014. – 100 с.ISBN 978-5-7429-0904-0Представленная книга написана монахом Симеоном Афонским (иеромонах Симон (Безкровный)) и отражает опыт монашеской духовной практики. Монах Симеон начинал свой иноческий путь в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре под окормлением старца – архимандрита Кирилла (Павлова). Долгое время он подвизался в горах Кавказа, в Абхазии. В настоящее время он проживает в одном из скитов Святой Горы Афон. Свой псевдоним взял в память отца, монаха Симеона, почившего на Афоне.«Золотые правила для новоначальных, собранные в уединении» представляют собой краткое собрание самой сути духовной жизни. Каждый раздел определяет главные препятствия в постижении Православия, которые мешают душе стать истинно православной. Об этом говорят сами названия глав: «Трудности роста», «Трудности поведения», «Трудности практики». Завершают книгу главы «Трудности Богообщения» и «Трудности Любви», приводящие душу к практическому усвоению Евангельских Истин, выраженному в краткой и глубоко содержательной форме в заключительной главе «О наболевшем». Для читателей также будут интересны помещенные в конце книги вопросы и ответы (Из записной книжки), духовные советы автора.© Пустынь Новая Фиваида, 2014© Безбородых Д. А., иллюстрации, 2014© Оформление. Издательство Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, 2014
1. Ненавидеть мир, как и любить, не за что – так взращивается отречение. Нужно просто знать, что он такое – временное явление в нашей бесконечной жизни, от которого зависит наше будущее.
Ненавидеть зло, как и любить, не за что – так взращивается бесстрастие. Нужно глубоко осознать, что это такое – основное препятствие в стяжании духовной Свободы.
Ненавидеть смерть, как и любить, – не за что. Необходимо успеть постичь, что она такое – переход из одного состояния жизни в другое.
Зная это, монах приходит к постижению Духа, неподвластного миру, греху и смерти, а мирянин – к необходимости молитвенной жизни.
2. Мир «притворный и кратковременный» жесток, а чтобы мы не забывали об этом, в него добавлена «горчица» скорбей. Увлекаясь миром, мы начинаем ощущать сильную горечь, а затем и жжение от его «удовольствий». Сладость есть лишь в Духе Святом, а все, что не имеет святости, лишено и сладости. Зная это, в монахе рождается глубокое отречение от мира, а в мирянине беспокойство об иной жизни.
3. Если мир жесток, то еще более жесток его цинизм, особенно монашеский, когда встречают поклонами, а выгоняют пинками. Благоговейных монахов всегда было немного, святых – мало, а циников можно встретить на каждом шагу. Цинизм всегда проявляется в жестокости. Когда нужно выжить, Православие оставляется на десятом месте, а на первое место ставится собственная корысть, зная это, монах приходит к отречению от всякой «дружбы», а мирянин старается избирать лучшее.
4. Есть высочайшие вершины духовной жизни, а есть малые. Высочайшая вершина – это стяжание с помощью Старца полноты благодати и соединение со Христом, малая – это обретение кельи, пропитания и одежды. Если отречься от мира ради малой вершины, никогда не дойдешь до высочайшей. А если отречься ради высочайшей, малая достигается сама собой. Зная это, монах находит истинный смысл своей жизни в соединении со Христом, а мирянин – в соблюдении заповедей Христовых.
5. Есть Православная традиция святых Отцов, которая ведает раздаянием добродетелей и благодати. И есть болото, которое занимается дележом жизни и разделом имущества. Не путай одно с другим, монах, ибо в первой стяжается Спасение, а во втором – привычка к тяжбам за потребности мира сего, ведущая в тьму вечную. Зная это, монах, держись ближе к Православной традиции и подальше от болота, а мирянин пусть избирает доброе и гонит дурное.
6. Монах, живущий один, подобен ангелу, но, чтобы сделать монаха падшим ангелом, бесы искушают его следующими обстоятельствами: с одной стороны, сомнениями в правильности его уединения, а с другой – гордостью от высоты его подвига.
Монах, поселившийся вкупе с другим монахом, встречает следующие искушения: с одной стороны, он обнаруживает в другом монахе кучу вещей, которые тот не хочет делать, а с другой стороны – кучу вещей, которые он сам не хочет, чтобы их делал другой монах.
Из всех способов монашеской жизни лучший – жить уединенно, периодически встречаясь для совета с опытным монахом. Зная это, монах приходит к рассудительному уединению, а мирянин – к безбрачной жизни.
7. Монах до тех пор остается монахом, пока не вдался в кривотолки. Пока он молится ночью до утомления, постится до изнеможения, трудится до усталости, он аскет. Но стоит ему вдаться в пересуды, дескать, тот монах сделал не так, другой монах сказал не то, он из аскета превращается в базарного торговца. Только базарный торговец торгует с прибылью, а аскет – себе в убыток. Зная это, монах избегает сплетен, как добровольного сумасшествия, и так обретает душевный мир, а мирянин старается воздерживаться от пустословия.
8. Если оставишь мысли в покое, увидишь, как они болтаются в уме, подобно тряпке на ветру, бесцельные и бесполезные, словно использованная ветошь. Зная это, монах приходит к совершенному отречению от мыслей, а мирянин – к воспитанию в себе добрых мыслей.
9. Без колебаний посвяти себя духовной практике, а не разговорам о ней.
Без сомнений посвяти себя покаянной молитве, а не рассуждениям об отсутствии покаяния у других.
Без рассеяния посвяти себя наблюдению за своим умом, а не наблюдению за действиями других.
10. Нельзя вести себя так, чтобы о тебе говорили меньше плохого, чем ты о других хорошего.
Нельзя вести себя так, чтобы тебя уважали больше, чем ты уважаешь других.
Зная это, монах приходит к пониманию опасности пересудов о близких, ценя свое Спасение, а мирянин избегает порицать других.
