Нажим и понукания наконец сработали. Пятого июля, за месяц до начала Игр, Майкл явился на тренировку в семь утра и с этого момента больше не прогуливал и не опаздывал вплоть до Олимпиады. В результате в Лондоне он получил еще четыре золотые медали. В Америке и во всем мире это, конечно, сочли превосходным урожаем, но мы-то с Майклом знали, насколько лучше он мог бы выступить, если бы раньше начал работать как следует.
Как тренер, я знаю, что моя работа частично заключается в том, чтобы дарить своим подопечным вдохновение в отношении лежащих перед ними перспектив. К сожалению, я убедился, что сломить сопротивление и заставить человека работать получается не всегда. Майкла я в конце концов поборол, но за много лет применения эта тактика – иногда припугнуть, иногда ободрить, чтобы вывести человека на следующий уровень, – срабатывала не всегда. В таких случаях я на мгновение чувствовал, что проиграл. У меня не получилось привести человека к его мечте. Однако я знаю, что в конечном счете человек сам выбирает, что ему нужно: выкладываться по полной или чтобы от него отстали.
Должен признаться: когда кто-то работает как следует – это просто здорово. Доказательство тому – Джессика Лонг.
Когда Джессика решила присоединиться к моей команде, она уже знала, как приятно стоять на подиуме и получать медали: на Играх в Лондоне она принимала высшую награду пять раз. Ей было чем гордиться, и она уже многого добилась. И тем не менее она пришла ко мне, чтобы идти к новым рубежам и показывать другим, чего можно достичь.
Как оказалось, она кое-чему научила даже своего нового тренера.
Надо сказать, мне было немного не по себе, когда Джессика начала ходить на тренировки. Я шел вдоль бассейна и смотрел, как пловцы разогреваются, и вдруг наткнулся на лежащие на полу ноги. Я привык видеть на полу бассейна очки, доски для плавания и кремы для загара, но никак не протезы. Мне было сложно освоиться. Еще я боялся перегрузить Джессику. Я не был уверен, выдержит ли она режим, который я готовил для Майкла, Янника, Эллисон и других членов команды.
Во время одного из упражнений я заставляю пловцов больше пользоваться ногами и кричу: «Бей ногами! Сильнее! Работай ногами! Где твои ноги?!» Как-то я крикнул: «Работай ногами!» – и вдруг заметил Джессику. Я тут же бросился на другой конец бассейна с извинениями.
– Джессика, прости, пожалуйста! Я… я…
Но она не стала слушать:
– Боб, я же все понимаю. Не надо извиняться. У ребят ноги есть, и они должны ими работать. А я сделаю то, что в моих силах.
Она оттолкнулась от стенки и поплыла догонять товарищей по команде.
Тренеру – особенно большому любителю покричать – хочется видеть у спортсменов именно такое отношение.
Вскоре после той тренировки Джессика сидела за летним столиком и говорила о своем стиле плавания, о том, что ей нужно для того, чтобы пройти отборочный турнир в сборную. Она призналась, что уложиться в нужное время будет сложно, особенно учитывая ее ограничения. Но затем, почти не задумываясь, она сказала:
– Мой девиз: «Единственное ограничение в жизни – это негативное отношение», – она на секунду задумалась и улыбнулась: – Я всем сердцем в это верю. Особенно потому, что у меня нет ног.
Именно это я называю полной выкладкой.
23 апреля 2014 года, примерно через восемь месяцев после возвращения в большой спорт, Майкл выступал перед журналистами в Месе. На следующий день он должен был впервые с августа 2012 года на лондонской Олимпиаде участвовать в соревнованиях. Прошло целых 628 дней. Тогда он заявил прессе и всему миру, что его карьера завершена, и все это время никто не подозревал, что что-то изменилось. Лишь немногие журналисты знали, что Майкл с начала сентября тренируется в «Медоубруке»: о своих планах побороться за место в сборной США на Олимпийских играх в Рио он сообщил лишь самым доверенным лицам. И сегодня он тоже не собирался об этом объявлять.
Вопросы сыпались один за другим, но Майкл был готов справиться с любым.
