Бруно достал из кармана свой паспорт, весьма потрепанный документ, который удостоверял, что служебные обязанности забрасывали его чуть ли не во все страны за «железным занавесом», причем в некоторые из них – не по одному разу. Он сравнил фотографию в паспорте и свое изображение в зеркале. Сходство было поразительным.
– Чтобы все это подготовить, потребовалось немало времени. Где сделан этот паспорт?
– В Штатах.
– И все это время он был у вас с собой?
Харпер кивнул.
– Вы могли бы показать его раньше. Дали бы мне время привыкнуть к этой кошмарной внешности.
– Боюсь, вы бы отказались ехать. – Харпер посмотрел на часы. – Последний поезд прибывает в город через пятнадцать минут. В сотне метров отсюда на улице будет ждать машина, которая отвезет вас на вокзал. Постарайтесь, чтобы вас там увидели, как будто вы только что вышли из поезда. В чемодане есть необходимая одежда и туалетные принадлежности. Та же машина доставит вас в отель, где вы две недели назад забронировали номер.
– И вы все это устроили?
– Да. Точнее, один из наших агентов. Можно сказать, наш человек в Крау. Бесценный кадр. В этом городе он может все. И неудивительно: он большая шишка в городском совете. Это один из его людей будет вести вашу машину.
Бруно задумчиво посмотрел на доктора:
– Вы уверенно ведете сложную игру, доктор.
– И при этом остаюсь жив. – Харпер позволил себе легонько вздохнуть. – Когда занимаешься таким ремеслом всю свою сознательную жизнь, то все больше убеждаешься: чем меньше знают о твоих планах твои помощники, тем безопаснее для всех. Утром Мария наймет машину. В двух кварталах к западу отсюда есть гостиница под названием «Охотничий рог». Будьте там, когда стемнеет. Вскоре туда приедет Мария. Она заглянет в дверь и уйдет. Вы последуете за ней. У вас редкий дар чувствовать слежку, так что на этот счет я не беспокоюсь. Мария будет передавать вам любые изменения в плане и дальнейшие указания.
– Вы говорили, ваш человек в Крау может сделать все, что потребуется?
– Да, это так.
– Не достанет ли он для меня несколько динамитных шашек? Подойдет любая взрывчатка, лишь бы у нее был взрыватель, рассчитанный на десять секунд. Ваш человек может это устроить?
Харпер заколебался:
– Думаю, да. Но зачем вам это нужно?
– Расскажу через пару дней, и не потому, что пытаюсь быть таким же таинственным, как доктор Харпер. Я еще и сам не вполне уверен, но, кажется, у меня появилась идея, как выбраться из «Лубилана».
– Бруно!
На лице девушки вновь проступила тревога, но он не смотрел на нее.
– Есть шанс попасть туда незамеченным. А вот как незаметно выбраться оттуда, я пока не знаю. Возможно, уходить придется в спешке. Как только прозвучит сигнал тревоги, выходы будут автоматически заблокированы. Вот тогда я буду вынужден пробивать себе дорогу взрывчаткой.
– Помнится, вы говорили, что не хотите никого убивать. Динамитный взрыв может убить несколько человек.
– Постараюсь быть очень осторожным. Возможно, передо мной встанет неизбежный выбор – я или они. Однако надеюсь, до этого дело не дойдет. Так я получу динамит или нет?
– Дайте мне время подумать.
– Послушайте, доктор Харпер. Знаю, что вы отвечаете за эту операцию, но в данный момент вы не тот человек, который необходим. Этот человек – я. Это я, рискуя жизнью, должен пробраться в «Лубилан» и выйти оттуда. А вы, целый и невредимый, станете дожидаться меня в базовом лагере и, если я погибну, будете утверждать, что ничего не знаете. Я сейчас не прошу, а требую. Мне необходима взрывчатка. – Бруно с отвращением оглядел свой наряд. – Если я ее не получу, то этот костюм будете примерять вы.
– Повторяю, мне нужно время.
– Я не могу ждать. – Бруно облокотился на гроб. – Даю вам пять секунд на размышление, после чего сниму этот чертов костюм и вернусь в цирк. Желаю вам удачно проникнуть в «Лубилан». Ко всему вам придется объяснять полиции, как это вы допустили такую маленькую оплошность, подписав свидетельство о моей смерти. Итак, считаю. Один. Два. Три.
– Это шантаж.
– Что же еще? Четыре.
– Ладно-ладно, вы получите эти чертовы хлопушки. – Доктор немного подумал и добавил с неудовольствием: – Надо сказать, я прежде не догадывался об этой стороне вашего характера.
– Я прежде тоже не рассматривал «Лубилан» в деталях. Теперь я его увидел и понимаю, каковы у меня шансы. Пусть Мария привезет взрывчатку завтра вечером в своей машине. Ринфилд знает, что все это – сплошное притворство?
– Разумеется.
– Вы рисковали, приведя сюда Сергиуса.
– Ну, если не считать того, что он сам на этом настаивал, я бы рисковал еще больше, если бы так не сделал. Это обязательно возбудило бы в нем подозрения.
– А разве сейчас у него нет подозрений?
– Полковнику Сергиусу никогда не придет в голову, что кто-то может выбрать такой способ самоубийства, как проникновение в «Лубилан».
– Деньги?
– Во внутреннем кармане с другой стороны.
– На улице довольно холодно.
– В машине вас ждет роскошная шуба. – Харпер улыбнулся. – Она вам понравится.
Бруно кивнул в сторону открытого гроба:
– А как насчет этого?
