Каллен предложил пойти на подготовительное занятие перед аттестацией по химии, парни отказались – хорошо им сиделось на свежем воздухе, и лень было идти на занятия. Они знали, что на средний балл и так сдадут. Эдварда же средний не устраивал, ему был необходим высший, чтобы в очередной раз дать повод для гордости отцу, который в предстоящем шоу должен быть полностью на стороне сына.
После показательной ссоры около офиса, Розали с Беллой отправились в свой класс, чтобы разыграть следующее действие. В то время, когда «золотые» ученики заполняли аудиторию перед подготовительным занятием, в помещение быстрым шагом и с недовольным видом ворвалась Белла, за ней по пятам следовала рассерженная Хейл.
- Думаешь, так легко переть против «ГБ 4»?! – на повышенных тонах возмущалась блондинка, обращаясь к подруге и как будто не обращая внимания на присутствующих одноклассников.
- Я не собираюсь против них переть! Нафиг надо? Обиделись на меня – пускай идут к черту! – с самонадеянным видом говорила Свон, присев на свою парту. – Я имею такие же права, как и они! Я тоже «золотая», моя мама владелица акций и такая же хозяйка, как и их предки! С какого перепуга эти четыре барана возомнили себя тут императорами? Чем они лучше меня или других золотых?
Со стороны казалось, что две подруги общаются между собой и их речь никак не касается окружающих, тем не менее, слова Беллы в какой-то мере задели одноклассников, каждый задумался о своем положении и своих правах в этой школе.
- В рядах суперкомпании раскол? – с ухмылкой обратился Джеймс Рутлер к Белле.
- Какая к черту компания? - фыркнула Свон. – Эти болваны совсем зажрались, поставили кодовую дверь в клуб, и теперь, кроме них и их стипендиаток, никто там не сможет тусоваться. Моя мама не для того вкладывала сюда бабки, чтобы я терпела общество нищих деревенщин. Давайте вообще уберем границы и будем учиться вместе с платниками и стипендиатами.
- Ну, Белла права, - неуверенно отозвалась одна из учениц. – Мы в клуб «ГБ 4» ходим лишь по приглашению, когда ГБ-шники устраивают вечеринки, а какие-то стипендиатки имеют туда постоянный доступ.
- Да ладно, у них своя компания, они тот клуб обустраивали, они там тусуются, и я не думаю, что если захочу туда пойти, они мне запретят, - возразил один из «золотых» парней.
- Ну, давай, захоти, - с насмешкой промолвила Свон.
- Может, хватит об этом говорить, иначе если ГБ-шники услышат, то будет нам… - с неким опасением произнесла Розали заготовленную заранее фразу.
- Что?! – с издевкой протянула Белла. – И что же нам будет? Влепят метку? Не влепят. Не имеют право давать метки золотым. А что они еще могут? Да ничего. Здесь все решается на собрании директоров, а наших родителей намного больше чем их. А знаете, почему ГБ-шники занимают положение выше, чем мы все? Да потому что мы просто ссым, а они этим пользуются.
- Ты поссорилась с ГБ-шниками и теперь пытаешься всех нас настроить против них? – насмешливо поинтересовался Джеймс, который взвешивал про себя все возможности и последствия выступа против «ГБ 4». Ему, как и многим другим, их клуб, по большому счету, и даром не нужен был, но ощущать себя ниже кого-то было неприятно. Свон была права в том, что все «золотые» равны по своему статусу, но четверо из двадцати учеников возомнили себя выше остальных.
- Я не пытаюсь никого настраивать, - с ухмылкой и не спеша промолвила Белла. – Я вообще жалею, что мы с Розали подняли эту тему при всех. Извините, погорячились. Вас я вообще ни к чему не призываю. Зачем мне стадо трусов, если я и сама могу добиться того, что мне положено, и использовать свои права в полной мере, а не ждать, разрешения от тех, кто имеет такие же права, как и я?
Свон в своем ораторстве выглядела очень убедительно, у многих она вызвала чувство уважения своей отвагой и готовностью отстаивать свои права. Многие задумались о том, о чем всерьез никогда не задумывались – почему четверо парней, таких же, как и они все, вознеслись над всеми остальными? Раньше этот вопрос никого не волновал, потому что конфликтов между «золотыми» не было и делить, вроде как, нечего было.
