Загрузив свою голову полностью уроками и работой, Элис на этом не останавливалась. Часть времени она активно тратила на маму и сестру. С мамой ходили по магазинам и салонам красоты, подбирала Сьюзен необходимые процедуры для омоложения и красоты, находила нужные салоны. Вместе выбрали подходящий для нее стиль, под который подбирали соответствующую одежду. Подчиненные миссис Брендон и заметить не успели, как их директор внешне превратилась из провинциальной простушки в ухоженную, элегантную даму. Переход от блеклости к яркости не казался резким и внезапным во многом потому, что в общении мисс Брендон оставалась все той же приветливой, приятной женщиной, которой статус и внешнее преображение не надели корону на голову.
Своей младшей сестре Брендон также старалась изменить имидж, желая превратить ее из скромной девочки из периферии в ньюйоркскую стильную юную леди. Келли очень нравилось ее перевоплощение. Если поначалу она комплексовала на фоне модной и гламурной Лауры, то после работы Элис над ее стилем и образом, начала ощущать себя ничуть не хуже сводной сестры.
Помимо всех своих активностей Элис еще и пристрастилась к сигаретам, соглашаясь с утверждением курящих о том, что курение помогает расслабить нервы.
Ретт вышел из прокуратуры, на лестнице его поджидал мистером Клофман. Подошел к Уитлоку, вежливо поздоровался, нерешительно представился. Мужчины остановились, на мгновение замолчали, оценивая друг друга. Клофман выглядел очень подавленным, в его глазах читалась мольба и готовность к любым унижениям. В глазах Уитлока мелькнуло раздражение, несложно было догадаться, чего от него хочет отец Эндрю. Как и ожидалось, мистер Клофман чуть ли не со слезами на глазах начал извиняться за своего сына и за его поступки. Говорил о том, что Эндрю их единственный сын, умолял пощадить его, не губить его жизнь тюрьмой, обещал продать все свое имущество и отдать деньги Уитлокам в качестве компенсации за причиненный вред.
- Значит, мне Вы готовы отдать все, что у Вас есть? – сдержанным, холодным тоном произнес Ретт. – А как насчет девушки? Каким образом Вы готовы компенсировать причиненный ей вред?
- Девушке… - растерянно повторил Клофман, - ну… она же… насколько мне известно, она не пострадала… ну, физически… Морально она, должно быть, здорово испугалась… Я мог бы поговорить с ее родителями и что-нибудь сделать для них…
- Но говорите Вы не с ними, а со мной, мистер Клофман, - жестко перебил Уитлок. – Сказать Вам, почему? Потому что они не Уитлоки, которые могут стереть вас с порошок. Они обычные люди, с которыми можно обойтись по-скотски, а потом просто наплевать…
- Нет, не правда, - Клофман отчаянно закачал головой. – Я просто знаю, что ей они никакого вреда не причинили, в отличие от Вашего сына, поэтому я пришел к Вам.
«Никакого. Просто убили ее ребенка», - про себя с раздражением подумал Ретт. Потерю ребенка он считал облегчением для Джаспера и его отношений с Брендон, но это в его глазах не снимало ответственности с Эндрю за убийство еще не родившейся жизни.
- Послушайте меня внимательно, - немного оглядевшись, Уитлок подошел совсем близко к Клофману и заговорил более тихим, спокойным тоном: - Когда я узнал, что произошло с моим сыном, я принял решение лишить Вашего сына жизни. Вот такое наказание я посчитал для него справедливым. Без суда и следствия, и Ваш Эндрю и все его сообщники должны были погибнуть от «несчастных случаев», конечно, в разное время и при разных обстоятельствах. Мы с женой год назад уже потеряли одного ребенка, и за своего единственного сына, я готов был всех вас стереть с лица земли. Но затем навел справки про вашу семью, узнал, что Эндрю Ваш единственный сын, и передумал. Не стану брать грех на душу – отнимать у родителей единственного ребенка. Кроме того, вам повезло, что ваш сын с дружками не успели причинить моему сыну непоправимого вреда. Именно поэтому все они останутся в живых. Я не буду мстить, пренебрегая законом. Отдам их в руки правосудия, и они понесут наказание, согласно закону.
- Мистер Уитлок, прошу Вас, - не сдавался отец Эндрю. – Мы с женой готовы Вас на коленях умолять…
- Перестаньте нести чушь, - Ретт раздраженно поморщился и сделал шаг назад, собираясь уходить.
- Пощадите! Не губите будущее моего сына! – Клофман продолжал следовать за Уитлоком.
- Уже пощадил, заменив лишение жизни на лишение свободы, - бросил Ретт через плечо, направляясь к своей машине.
- Мой сын не желал зла Вашему сыну! Он хотел отомстить тому, кто его покалечил! С ним первым обошлись жестоко! Он ведь был нормальным парнем, никому не желал зла! Пожалуйста…
Около машины Ретт резко обернулся и с холодной категоричностью произнес:
- Нормальные парни не разносят про девушек лживые сплетни и не поднимают на девушек руки. Мне известно, с чего вообще начались конфликты между Вашим сыном и «ГБ 4», а Вам известно? Если нет, поинтересуйтесь у Эндрю, если да, то должны понимать, что поступки Вашего сына – это последствия Вашего воспитания. Всего хорошего, - закончил разговор, садясь в свой автомобиль.
