«Как так можно поступать с собственным сыном? Как можно так подло использовать его заболевание? Вместо того, что помочь ему излечиться, он пытается использовать болезнь Эдварда для собственных целей!» - негодовала Брендон. Беспокойство о психике сына она считала мерзким лицемерием. Девушка считала Эдварда сильным человеком и верила, что никакие воспоминания его с ума не сведут.
Входя в класс, Элис была полна решимости встать поперек горла Карлайлу Каллену с его гадкими планами относительно Эдварда. Никуда она не будет переводиться! Останется рядом с Эдвардом и увеличит его шансы на восстановление памяти! Она останется ради того, чтобы Джаспера не уводить от его друзей. Она останется назло мистеру Каллену! В те моменты, когда девушкой овладевало чувство сильного гнева, она переставала испытывать страх. Кроме того, храбрости добавляли слова Джаспера о том, что его семья и мистер Бокстон не позволят мистеру Каллену обидеть ее.
Карлайл и Дональд встретились в одном из ресторанов. Сели за уединенный столик, не далеко от которого находились столики с охраной одного и другого олигарха. Присутствие охраны указывало на то, что между партнерами по бизнесу нет больше того доверия и дружеских отношений, что были раньше.
- К сожалению, я не могу в одностороннем порядке расторгнуть те контракты, по которым мы уже работаем, из-за штрафных санкций, - монотонным голосом говорил Дональд. – Но, как ты понимаешь, что предстоящие наши договоренности в силу не вступят.
- Понимаю, и полностью поддерживаю, - с самоуверенной ухмылкой кивнул Каллен. Он уже придумал, как оставаться на встрече хозяином положением, человеком, у которого в руках находится контроль над ситуацией, а не надежда на то, что Денали смилостивится и подпишет с ним остальные контракты.
На выжидающий взгляд Дональда, в котором Каллен рассмотрел легкое удивление и попытку разгадать: Карлайл блефует или нет, Каллен с невозмутимым видом пояснил:
- Моя жена подала на развод и хочет отобрать у меня половину всего, в том числе и по нашим контрактам. Я ей, конечно, этого не позволю. Но чем черт не шутит. Не хочу рисковать, поэтому ни в какие крупные проекты не собираюсь пока влезать. До тех пор, пока не начнется производство по делу.
Денали с трудом скрыл свое разочарование. Он рассчитывал, что Каллен придет к нему с другой позицией – начнет извиняться за поведение своего «придурка-сына» и будет просить не отказываться от контрактов, а тут… Зачем он тогда вообще приехал? Чтобы рассказать о разводе?
- На развод? – Дональд позволил себе выражение удивления, за которым пытался скрыть то самое разочарование. – С чего бы это? Чем ты уже не угодил своей суженой?
- Был немного неосторожен, - неопределенно ответил Каллен.
- Да уж, в нашем деле осторожность не помешает, - понимающе кивнул Дональд. – Я слышал, вы с Эдвардом остановились в отеле, - добавил, словно между прочим, на самом деле подразумевая: «Зачем явились, если вам уже и контракты со мной не нужны?»
- Да. Я приехал, чтобы лично освободить тебя от наших договоренностей и сказать, что на меня теперь не стоит рассчитывать, подыщи себе других партнеров. – Говоря это, Карлайл будто шел по лезвию ножа, предлагая то, чего на самом деле совершенно не хотел и категорически собирался не допустить. – Ну, а Эдвард увязался со мной из-за твоей дочери.
- Что? – Дональд изменился в лице, продемонстрировав более негативные эмоции. – Ему мало того, сколько слез она из-за него пролила, приехал еще добавить?! Извини, Карлайл, но при всем уважении к тебе, я не подпущу твоего сына к моей дочери и на километр!
- Я прекрасно понимаю твое негодование, - спокойно промолвил Каллен. – Мне очень жаль, что они оказались в такой неприятной ситуации. Но теперь все изменилось. Вследствие аварии у Эдварда случилась амнезия, которая стерла из его памяти всех никчемных девиц, но сберегла Таню и его чувства к ней.
- Какие еще чувства? - Дональд недовольно поморщился. – Моя дочь мне обо всем рассказала.
- Что она могла рассказать, если сама толком ничего не знает? Эдварду действительно Таня очень нравилась, но в то же время он чувствовал ответственность за свою бывшую подругу, поскольку та оказалась беременной. Теперь ребенка нет, и бывшей нет ни в жизни, ни в памяти моего сына. Единственный, кто для него важен, кто ему дорог – это твоя дочь, поэтому он здесь.
- Важен и дорог до какого момента? До тех пор пока к нему память не вернется? – скептически спросил Денали.
- Я не экстрасенс, чтобы заглядывать в будущее, - пытался выглядеть честным Карлайл, - не знаю, что будет, когда вернется память, и вернется ли она вообще. Уверен лишь в том, что бывшей девицы в жизни моего сына не будет. Что касается твоей дочери… позволь мне с ней увидеться и поговорить. В любом случае, она сама сможет сказать нет Эдварду, и мы уедем домой.
