Пересказ знаменитой французской сказки Шарля Перро «Золушка», проиллюстрированный иллюстрациями XVIII–XIX века. …Важный королевский чиновник и член Французской академии Шарль Перро как-то поспорил со своими коллегами академиками. Он утверждал, что и в новое время можно создать произведение, не уступающее творениям гениев древности Гомера и Вергилия. И чтобы доказать свою правоту, он изложил несколько народных сказок литературным языком. Перро победил в споре. Героиня его сказки «Золушка» потеснила героев «Илиады» и «Энеиды». А имя Перро теперь известно не меньше, чем имена Гомера и Вергилия. Позже ученые-филологи насчитали более двухсот вариантов сюжета сказки о Золушке на разных языках и установили, что сюжет этот был известен еще в Древнем Египте. И в этом нет ничего удивительного. Ведь со времен египетских фараонов до наших дней все милые и обаятельные девушки мечтают, что однажды их встретит прекрасный принц и заберет их в королевский дворец… В издании использованы раскрашенные гравюры из французских и английских изданий сказки Шарля Перро «Золушка» XIX века, иллюстрации из издания сказки «Золушка» торгового дома «Евдокия Коновалова и Ко», а также иллюстрации художников Ч. Лендси, А. Рэкема, У. Крейна, А. Билинской, К. Оффтердингера, Ф. Гротйохана.
Давным-давно жил во Французском королевстве один не очень богатый, но состоятельный и всеми уважаемый дворянин. Его жена – прекрасная женщина, очень милая и добрая, – умерла, оставив мужу дочь-красавицу. Спустя некоторое время этот дворянин женился во второй раз.
Он взял себе в жены вдову, у которой были две дочери от первого брака. Ему не повезло: вдова оказалась не только надменной гордячкой, но и особой жестокосердной и даже злобной.
С первых же дней новая хозяйка дома возненавидела свою падчерицу. Она очень хотела выдать своих дочерей замуж за знатных и богатых кавалеров. Но стоило появиться в доме какому-нибудь молодому человеку, как он обращал внимание на падчерицу, а не на родных дочерей злой мачехи, которые хотя и щеголяли в дорогих нарядах, но не отличались красотой и были грубы, заносчивы и плохо воспитаны.
А стройная и грациозная падчерица даже в своем скромном платье выглядела в сто раз симпатичнее сводных сестер. Она привлекала учтивостью и обходительностью. Глаза ее сияли лаской и добротой, и все, кому доводилось когда-либо увидеть эту девицу, не переставали хвалить ее красоту; это-то и бесило завистливую мачеху.
– Пока эта противная негодница мельтешит здесь перед глазами, никто не хочет и взглянуть на моих дочерей, – сердилась она.
Мачеха заставляла падчерицу исполнять всю работу по дому: таскать воду из колодца, мыть посуду, натирать полы, стирать одежду, управляться вместо кухарки на кухне, подметать лестницу.
Спала бедняжка на чердаке, под самой крышей, на старом тюфяке, набитом гнилой соломой, тогда как ее сводные сестры располагались в комнатах, обтянутых шелковыми обоями, с паркетными полами, красивыми кроватями под балдахинами, с кружевным постельным бельем и венецианскими зеркалами, перед которыми эти бездельницы вертелись целыми днями и бранились между собой, похваляясь своими нарядами.
Падчерицу все звали Золушкой – ей приходилось растапливать камин, выносить золу, и поэтому ее платье часто было перепачкано золой.
Жилось Золушке нелегко, но она никогда не унывала и, даже наоборот, всегда казалась веселой, без обид терпеливо сносила придирки вечно недовольной мачехи, и всякая работа спорилась в ее ловких руках.
Она никогда ни на кого не обижалась и, как бы ей ни приходилось тяжело, всегда справлялась со всем, что от нее требовали, и даже напевала за работой веселые песенки.
