– Что за вредное создание мне досталось, – тяжко вздохнул принц.
– Что за собственнические заявления?! Не досталось и не достанется. Поэтому вам лучше сразу отстать, чтобы потом не было жаль потраченных усилий.
– Любые усилия – это тренировка, а тренироваться в любом случае полезно.
Ах он гад, решил потренировать на мне свое обаяние. Не надо, пожалуйста. Оно действительно опасное, а я не успела еще нарастить крепкую броню, чтобы долго ему противостоять.
– Скажите мне, пожалуйста, адрес, – цедила сквозь зубы я.
– Вот этот автобус нам подходит.
И Богданов совершил нечто удивительное, опять схватил меня за руку и потащил к дверям подъехавшего автобуса. Звезды ведь не ездят в метро?! И миллионеры не должны ездить на общественном транспорте. Так какого черта?!
В автобусе быстро расплатилась специально созданной для проезда банковской картой и убежала в глубь салона. Сиятельный Богданов немного завозился с оплатой, а потом, провожаемый восхищенными взглядами всей женской половины автобуса, двинулся следом за мной. Догнал меня на площадке в середине автобуса и стал позади. Заполонил собой все пространство автобуса. Везде он: сзади, справа, слева, стелется по дну, летает под крышей, заполз в ноздри, залез в трусики. Что я такое думаю…. Просто рядом стоит, причем на вполне приличном расстоянии. Ой мамочки, все же в этом мужчине есть что-то безумно притягательное.
– Думала, небось, что я испугаюсь поехать на общественном транспорте?
– Я уже поняла, что с вас «как с гуся вода».
– Знаешь, когда я ездил на автобусе последний раз?
– Думаю, никогда.
От его низкого рокочущего смеха, по спине побежали мурашки.
– Нет, почему же. В детстве ездил с бабушкой. И когда в Москве учился в «Высшей школе экономики», временами передвигался на метро. Так получалось быстрее. Ну, и во время учебы в Европе, тоже иногда приходилось ездить.
Он учился в «Высшей школе экономики», а потом еще в Европе, он самый богатый парень региона, круче можно только в Москве или за границей встретить. И я, закончившая наш местный пединститут, причем, только бакалавриат, в магистратуре заочно учусь. Небо и земля. Никаких мурашек и слабеющих коленок не должно быть, это просто невозможно. Но несмотря на все «невозможно», мурашек только добавилось, ведь на следующей остановке зашла целая толпа народа, и Богданов притиснулся ближе. Практически воткнулся носом мне в макушку и вдохнул полной грудью запах моих волос, задержал дыхание, словно наслаждаясь, кайфуя.
– А знаешь, мне начинает нравиться ездить в общественном транспорте, – низко пророкотал он мне в ухо, вызывая новую рябь мурашек на моей коже.
Странно, мне тоже сейчас нравилось стоять укутанной им со всех сторон, медленно размягчаться и стекать липкой влагой в трусики. А самое ужасное, мне очень льстило, что Богданов бросил свою дорогущую машину у ворот школы, где ее могли поцарапать детишки, и поехал со мной на общественном транспорте. Конечно, ужасно бесит, что Игорь такой нахальный, самовлюбленный… И вместе с тем, Даш, давай начистоту, ты, конечно, прячешь правду за слоем ледяных колючек, но если их убрать, пожалуй, тебе нравится, временами даже восхищает его настойчивость.
Тащусь от нее. Именно эти слова приходят на ум, чтобы описать свои ощущения, стоит вредной Золушке появиться в пределах моей видимости. А сегодня она такая симпатичная, черная юбочка ладно охватывает бедра, подчёркивая рельеф девичьих изгибов, а белая блузка придает праздничный вид. Яркий платочек на шее очень хотелось развязать, чтобы потом пройтись по девичьей коже губами, а затем накрыть ими едва тронутый нежно-розовый помадой похожий на красивый цветок рот. Когда Даша Мельникова рядом, как сейчас в автобусе, у меня просто сносит крышу. Душит, распирает во все стороны, и лопасти внутри бух-бух разгоняют жар по крови. Хорошо, пиджак прикрывает все стратегически важные места.
Блин, такое маленькое ушко, а в мочки вдеты простенькие совдеповские сережки. Наверняка мамины, наверняка бережет как зеницу ока. Мне же, словно вампиру, хотелось впиться в это миленькое ушко горячим поцелуем… и языком залезть внутрь раковины. Какая пытка стоять так близко и не сметь прикасаться. Ужасная… и вместе с тем хочется, чтобы она продолжалась до бесконечности долго.
Что удивительно, в специализированном магазине электроники вредная училка не выпускала своих колючек. Задала лишь парочку уточняющих вопросов. На самом деле дизайн всех досок был примерно одинаковый, отличались только габариты, комплектация и объем возможных функций. Повод ее сюда тащить, как и приходить самому, был абсолютно надуманный. Но когда консультант показал одну хитроумную конструкцию, состоящую из раздвижных деревянных панелей, где можно было писать обыкновенным мелом, под которыми была спрятана интерактивная панель, глаз у Золушки загорелся. В самом деле, это устройство было наиболее удобным, компактным, идеальным вариантом для маленьких классов с толпой не очень аккуратно носящихся детишек. Но, конечно, такое чудо-устройство стоило подороже, чем просто интерактивная доска.
