Камила удивленно посмотрела на Марго. Не поймешь ее. То она гневается на нее за желание быть честной, то теперь сама толкает на путь, который считает безнадежным в этом мире. Но в любом случае Камила была очень благодарна Марго за то, что она рядом.
– Зато, мама, ты знаешь, что я тебя не обману, – уверенно сказала Камила. – Если я что-то сделаю, то сразу тебе во всем признаюсь.
– Что например? – насторожилась Марго.
– Например… если я попробую закурить или попробовать алкоголь.
– А ты еще не пробовала? – удивилась Марго.
– Ты чего? – не менее удивленно спросила Камила, выпучив глаза. – Нет, конечно, не пробовала.
– А хочешь?
– Как сказать… Раньше, когда ты курила тайно от нас в ванной, мне нравился этот запах табака, а сейчас уже вызывает отвращение.
– Вот и хорошо. Я бы тоже не начала курить. Когда твой папа умер, мне так плохо было, вот я и закурила. Сейчас мне самой противно от этого запаха.
– Мне тоже перехотелось с тех пор, как ты бросила курить.
– А алкоголь?
– Мне бы хотелось попробовать пиво. Ты ведь тоже иногда его пьешь. Мои одноклассницы постоянно пили пиво. Особенно по субботам. Потом в школе обсуждали его вкус и действие. Говорили, что так приятно его пить и все такое. Я хотела попробовать, но без твоего разрешения не стала бы.
– Если так хочешь, сейчас попробуй. Я разрешаю. Тебе ведь в этом месяце будет восемнадцать.
С этими словами Марго достала кошелек и вынула оттуда сторублевую купюру. Камила была поражена ее доверием и уже хотела отказаться и устыдиться своих желаний. Но потом решила, что лучше будет, если она сейчас попробует при маме, чем потом где-нибудь за забором как преступница.
– А какое лучше купить? – спросила Камила.
Марго посоветовала ей марку пива, которое сама любила.
Камила подошла к барной стойке, заказала себе стакан пива и даже на оставшиеся деньги взяла маленький кулечек сушеных кальмаров. Она слышала от одноклассниц, что пиво с кальмарами очень вкусно. Подойдя к маме, она поставила перед ней стакан с пенящейся жидкостью.
– Ну… пробуй, – сказала Марго.
– А ты будешь смотреть?
– А что, мне отвернуться?
– Нет. Все нормально.
Камила поднесла стакан к носу и прежде понюхала его. Раньше она уже ощущала этот запах. В их семье никто не пил при ней. Папа Алексей был непьющим. Брат тоже не пил. Марго пила, только когда приходили гости, да и то предварительно загнав детей в другую комнату, чтобы они этого не видели. Запах пива Камила потом унихивала в стаканах, когда мыла их. Марго же после того, как уходили гости, тут же шла в баню, и ложилась спать. Так что пьяных людей Камила видела только на улице или по телевизору, но не в своей семье. Поэтому ей вдруг стало стыдно за то, что она захотела попробовать пиво. Сейчас, когда ей разрешили, интерес к выпивке у нее тут же пропал. Как известно, только запретный плод сладок. Камила посмотрела на золотистый напиток. Мелкие пузырьки медленно ползли вверх по холодному стеклу, стремясь к белой пенистой шапке. Теперь это выглядело не так привлекательно, как раньше, когда она смотрела рекламу пива.
Она поставила стакан обратно на стол. Достала из кулька тонкую ленту сушеного кальмара и осторожно окунула его в пену. Немного покрутив соленым кальмаром в пиве, она быстро надкусила его. Почти сразу же она ощутила горький вкус на языке. Но виду она не показала, прожевав до конца смоченный кусок, она проглотила его и сказала:
– Как-то невкусно.
– Не понравилось?! – изумилась Марго.
– Нет.
– Вот и пей.
– Вот и не буду.
После этого случая Камилу больше не интересовали алкогольные напитки. Дав Марго короткое обещание больше не пробовать ничего из алкоголя, она его сдержала. А заодно прониклась уважением к Марго еще больше. Камила поняла, что так могла поступить мать, которая доверяет своей дочери. Поэтому Камила решила отреагировать как дочь, которая не хотела бы терять это доверие.
Дни перед экзаменами были непростыми. Камилу освободили от всякой домашней работы. Весь день с утра и до вечера она сидела за ширмой в окружении учебников, конспектов, тетрадей, энциклопедий и так далее. Все в доме поддерживали ее. Алексей покупал ей орешки. Марго сама готовила обед. Дежурство по кухне на это время было отменено, и Аннель сама весь день мыла посуду, накрывала на стол, мела пол.
