В какой-то момент шут открыл глаза и посмотрел на девушку. Сквозь туман страсти на него глянули лихорадочно блестящие, какие-то звериные зрачки, однако не это поразило его, заставив прийти в себя, а выражение лица Алли: в нем было нечто плотоядное, алчущее страсти. Слепой и глухой страсти соития. Вмиг возникла в памяти заплаканная и непривлекательная Ванилька. Растрепанная, курносая, веснушчатая дурында.
Руки не слушались, однако Дрюня с усилием перехватил Алли за плечи и оторвал от себя. Она тяжело дышала и была так прекрасна, что у него темнело в глазах.
– Ты знаешь, – жалко сказал он, – я женат…
– И что? – удивилась она и снова потянулась к нему, жадно облизывая губы.
– Женат! – повторил Дрюня, будто забыл все слова, кроме этого. Вырвался из ее объятий, заправился и выскочил на улицу.
Ее тихий стон потряс его сильнее, чем потряс бы звериный рык. Голодный, голодный стон. Чтобы прийти в чувство, шут со всей силы укусил себя за запястье и бросился прочь. Алли была его мороком в юности и оставалась им сейчас, но дома ждала живая, теплая, а главное, принадлежащая только ему женщина. Дурында. Любимая.
В верхнем уровне Золотой башни было темно, лишь над столом висел светлячок, давая возможность архимагистру читать лежащий перед ней список. Как Ники ни хотела вычеркивать из него имена, три пришлось вычеркнуть: Варгаса Серафина, Йожевижа и Виньовиньи Агатских. Варгаса следовало срочно чем-нибудь занять, дабы не помешался от несчастливой любви, а Йож после приказа Его Величества Виньогрета о назначении вторым секретарем посольства был потерян для «полевой» работы так же, как и его вторая половина – Виньовинья.
– Гном не пойдет против приказа своего короля, ну если, конечно, тот не затрагивает мастеровую честь, – пояснял Троян рю Вилль в накануне состоявшейся беседе, – и никогда не отпустит от себя гномеллу, с которой связан брачными узами. Таковы традиции, бережно соблюдаемые подгорным народом. Кроме того, почтенного мастера Агатского восстановили в правах в Гильдии ювелиров, а значит, он сможет открыть собственную мастерскую. Ты можешь представить, что это значит для гнома?
Ники тяжело вздохнула:
– У них была отличная команда, а теперь у меня сердце кровью обливается!
– Грой – руководитель операции, Вителья – волшебница, фарга Виден – целительница, Дикрай Денеш, Дробуш Вырвиглот и Рубаки Аквилотские – в качестве боевых единиц, – перечислил начальник Тайной канцелярии, загибая пальцы. – Думаешь, этого будет недостаточно?
Архимагистр снова вздохнула.
– Как бы тебе объяснить, Твоя Светлость… В искусстве волшебства есть понятие магического абсолюта – идеального соотношения Силы и Мастерства мага для воздействия на то или иное событие или предмет. Команда «хорьков» – такой идеал… Вселенная благоволит им, дарит удачу за удачей, но только при условии, что они работают вместе! Сохранят ли они эту способность оказываться в нужное время в нужном месте после того, как потеряют в составе, – я не знаю. И это меня тревожит!
Рю Вилль помолчал, покачал пальцем серьгу в ухе.
– Если бы тебе предложили выбирать, от кого бы из них ты не смогла отказаться? – спросил он.
– От графа, – не задумываясь, ответила Ники.
– Яго… – покачал головой Трой и замолчал – Его Величество запретил графу рю Воронну покидать страну.
«Яго…» – в покоях Золотой башни повторила про себя архимагистр и поставила около его имени жирный знак вопроса. Постучала пальцами по столу, затем потянулась к зеркалу связи.
Стекло зарябило и показало обитые тканью спокойного голубовато-серого оттенка стены кабинета наследного принца.
– Да? – тут же откликнулся владелец.
– Ваше Высочество, переговорить бы…
– Приходите.
Принц знал, что Ники не является без серьезного повода, Ники – что Аркей не любит лишних слов. Оба прекрасно понимали друг друга.
Волшебница шагнула прямо в кабинет, склонила голову и дождалась, пока принц предложит сесть в кресло напротив. В кабинете он был один.
– О чем пойдет речь? – уточнил Аркей, откинувшись на спинку стула и сцепив пальцы перед собой.
– Об операции «Ласурские призраки», – шевельнулась Никорин. – Ее проведение под угрозой, однако у меня нет достаточных… – она замолчала, подыскивая слово, – …обоснований, чтобы это доказать. Только предчувствие.
– Предчувствие архимагистра – это серьезно, – позволил себе улыбнуться принц. – Насколько я знаю, отец в целом одобрил вашу идею, выделил силы и средства. Так в чем проблема?
– Не в целом! – отрезала волшебница. – В составе группы мне нужен человек, которого он категорически отказывается отпускать.
Его Высочество молча смотрел на нее, ожидая продолжения, однако Ники показалось, что ответ он знает.
– Ягорай рю Воронн, – выдохнула она. – О его способностях, опыте и преданности короне вы и сами знаете, но это не те качества, которые имею в виду я, говоря, что он должен участвовать в операции!
Принц молчал.
– От этого зависит судьба Тикрея! – отчаявшись объяснить, воскликнула архимагистр.
– Чего вы хотите от меня? – ровно спросил Аркей.
– Уговорите Его Величество отпустить рю Воронна!
