— Ну какая она мне суженая? — ответил Дорон. — Я, конечно, гонялся за ней первое время и даже попытался влюбить ее в себя, когда была практика. Но только ради возможного ребенка. Сами понимаете, наследник.
— Стоп. Ваша личная жизнь меня не касается. Но как такое возможно? Ведь переход срабатывает идеально. Все браки, заключенные с попаданцами в наш мир, длятся по сей день. Мои собственные родители тому яркий пример.
— Нет-нет, я не хотел задеть наследие вашей семьи и заслуги королевы на этом поприще. Уверен, что произошла какая-то чудовищная ошибка. Может быть девушка притянулась для кого-то другого, кто никак не дойдет до комнаты переноса. В любом случае, у меня нет другого объяснения. Да, я не хотел жениться, поэтому Ацуки стала мертвой, но даже спустя время скажу, что вряд ли такова моя судьба.
— Хм, тогда я смею предположить, — с некоторой издевкой продолжил Ректор. — Что вы не собираетесь участвовать в так называемом зомби-отборе?
— Конечно, нет! Зачем мне, Ацуки и так моя. Это ведь правило переноса.
— Разве? Никогда о таком не слышал.
Заставляя себя продолжить путь, Ацуки судорожно сжимала в руках пробирки с кровью — свое подношение новым союзницам. Ей было горько, она засыпала на руках этого лицемера и еще Клара уговаривала строить с ним отношения. Жаль, что крылатая подруга не подслушивала вместе с ней. У нее видите ли собрание по поводу пропусков, для остальных живых экспериментальных образцов.
То ли смех, то ли стон сопровождал приветствие зомби и команды стихийниц. Моргана, Молли, Ними и Бетани. Ацуки запомнила только двоих. Моргана сильная и жестокая на вид, у Молли синие волосы и она меня обняла. Вообще это первое объятие, кроме Дорона, в этом мире. Первое настоящее обьятие, если только и эти девчонки не хотят получить от нее что-то, кроме крови.
— Я уже представила свой образ, — в предчувствии близкого разрешения ситуации с надеждой проговорила Ацуки. — Боги знают, что получится в итоге, но это определенно то, чего я хочу.
— Кроме тебя, никто не знает, что получится в итоге, — уточнила Моргана.
Процедура не заладилась сразу. Уже с самых первых минут все стали серьезными и задумчивыми. Ацуки чувствовала, что происходит что-то непривычное, но стоически воссоздавала в голове образ киношной Клеопатры. Через час все закончилось и в зеркале стала отражаться последняя царица Египта из македонской династии Птолемеев. Ацуки была в восторге, остальные же старательно отводили глаза.
— Ну что с вами такое? — крикнула нервно, посмотрев еще раз на отражение. — Все получилось отлично, я представляла себя именно так!
— На ответ у нас еще есть время, — ответила Молли. — Похоже, твоя аура впитала образ и есть вероятность, что тебе придется ходить так всегда. Я имею ввиду, что мы с таким еще не сталкивались и не думаю, что кто-то сможет снять с тебя эту иллюзию.
— Это ведь хорошо?
— Не совсем, теперь даже лекарям будет сложно увидеть твои раны и состояние. Они могут его почувствовать, но увидеть…Не уверена.
— Ах, это…Ну да, об этом я не подумала. Ладно, я все равно благодарна вам. Торопитесь?
— Да, нам еще нужно переместить кровь, чтобы те, кому мы захотели помочь, выпили ее свежую. — ответила за всех Моргана. — Спасибо тебе за нее, еще раз повторюсь, что у нас так не принято, поэтому тебе не стоит раздавать себя по кусочкам по любому поводу.
— Да-да, я поняла.
Посмотрим, подумала Ацуки, посмотрим. Так или иначе, будут долгие полгода. Здесь, в академии, время тянется медленней. Столько событий, а ведь она в этом мире меньше полугода. Надо бы завести календарь и отмечать каждую неделю. Порою у нее возникала мысль, что она благодарна Дорону за то, что ее переместили для него в этот мир. Тут была магия. Подвластные ей стихии. Да, она слишком мало видела и все ее занятия с магией выглядели детскими играми, но ведь это только начало. Тут дольше живут, есть дотации для всех попаданцев, можно купить дом и даже титул, если очень припечет. Здесь иначе относились к внешности и важности личностных качеств. Были другие понятия добра и зла. Здесь больше верили в эффективность того или иного поступка, поэтому даже кошка, которую ей пришлось съесть, не вызвала особого гонения со стороны учащихся или преподавателей.
Судьба сделала ей подарок, и оставалось только решить: принять его или отказаться. Да, она забыла послать того, кто мог сделать Ацуки счастливой. Дорон не в счет. Нужно было найти того, на кого следует поставить. Как в покере. Искушение остаться с тем, кого якобы выбрала судьба, было велико, но подслушанные слова и ранее отмеченное двуличие заставляли девушку-зомби полностью отказаться от затеи строить эти взаимоотношения. К тому же, она хорошо запомнила рассказ, который подслушала еще в первые дни.