Я смотрю на свои руки и выглядят они жутко. Бело-красные полоски, на удивление равномерно придающие кистям окраску, как будто их поджаривали на гриле, местами переходящие в мелкую россыпь контрастных пятен, на рельефе вен, отливающие трупозно синюшным. Смотреть в зеркало смысла нет. Та вонь, что я чувствую, лучше любого изображения гнусной действительности. А еще мне совсем не хочется оставаться зомби навечно. Но и сигать из окна ради сомнительной чести не тревожить окружающих — глупо. Как и то, чтобы полностью довериться происходящему и ждать, что горе-колдуны сами исправят ошибку.
Ладно, надо рассуждать логически. Дома жанр фэнтези не жаловала, однако базовые знания должны быть. Если человек мертв, то начинает разлагаться. Его органы становятся химическим оружием против носителя. Еще нужно есть мозги и беречь голову от ударов. Добавим медлительность и неумение связно говорить и получаем мой будущий портрет. Так себе, конечно. Ок, но что если изменить базовую настройку? Седовласый старик сказал: “Тебя изменило желание суженного. Он не хотел брака, а значит вычеркнул тебя из существующих людей”. Может стоит влюбить в себя этого нехочуху и тогда моя телесность вернется на место? Еще вариант — найти нового суженного. Или раз здесь мир колдовства — забрать чужое тело, пока умники будут искать способ восстановления.
Брюнетка назвала срок в полгода, тесты сделают за пару недель, потом можно учиться и жить нормальной, по их меркам, жизнью. Возможно они врут. Как раз за это время тело полностью истлеет, как бы его не сдерживали. К тому же, они не знают что делать, такая ситуация впервые, а значит мне предстоит примерить на себя шкурку подопытного кролика. Так себе затея.
Но что я могу? Выйти из своего временного логова и скрыться? Разве что уйти в лес, если он здесь вообще есть. Иначе вонь привлечет внимание ближайшего стражника. Да и денег нет. Работать устроиться будет сложно. Хм, видимо пока придется остаться. Главное помнить — колдунам веры нет, жениха не принимаю, собирать сведения о мире и о том, как я смогу прожить самостоятельно. К этим размышлениям присоединился Гипнос, божество сна и сновидений.
Следующие пару недель прошли довольно скучно. Чувствовала себя обманутой. Злосчастные конечности оставались полосатыми, как советский матрас. Мозги в утреннюю кашу не добавляли. Дневные часы наполнили задачки из учебников для младших классов, упражнения на силу и выносливость, общие лекции для попаданцев. Вся эта красочная феерия дополняется язвами-болячками по всему телу, полусдернутыми, сочащимися влагой, как ядовитые поганки, издыхающие во влажной, паровой земле и брезгливостью окружающих. Все, кроме колдунов, избегали меня.
Именно тогда я заметила изменения в характере. Нет, добродетелью не отличалась и прежде. Но постоянный страх и подвешенное состояние озлобили меня, да так, что желание сожрать какого-нибудь простачка возрастало во мне ежеминутно. Впрочем, оных не наблюдалось. У меня действительно не было возможности сбежать или напасть на местных. Еда подавалась к двери. На тестах стояла за ограждениями. В коридорах ходили парами. Несостоявшийся муженек не приходил вовсе. Хотя он в списке деликатесов стоял первым.
Дверь бесшумно открылась, четверо колдунов в одинаковых белых балахонах зашли внутрь. Потом началось то, к чему я не была готова. Впрочем, не думаю что кто-то вообще готов перенестись за минуту в другой мир, стать зомби и спокойно смотреть на то, как немолодые надсмотрщики стаскивают с себя одежду в полнейшей тишине. Выход был один: смотреть на это безобразие с моськой, олицетворяющей всемирную скуку. Голые мужчины были заняты делом. Встали друг за другом, ритмично дыша и создавая ногами ритм. Меня к дискотеке не призывали, что еще более странно. Что они, места себе другого найти не могли?
Оказалось, что это был своего рода обряд. Или они просто загипнотизировали меня, ведь как еще объяснить здоровенную кобру, которая появилась из ниоткуда? Завидев меня, она тут же высунула язык и продекламировала приветствие:
— Здравствуй-с, умервтвие-с.
Я ответила полной взаимностью: этикет еще никому не помешал. Потом кобра потянулась ко мне, да так темпераментно, что если бы я моргнула, то подумала бы о перемещении.
— Надумала-с, что будешь-с делать-с? — вкрадчиво спросила она у самого уха. Я сдуру попыталась ее отодвинуть от себя, подумав что кобра здесь с дружеским визитом. Оказалось — нет. Получила укус в плечо и туманное: “не выросла-с еще-с меня отталкивать-с”
“Это все представление, — раздалась в моей бедной голове чужая мысль, — мы не знаем что от тебя ждать и решили напугать, чтобы выяснить. Я был против, поэтому помогу тебе. Говори уверенно. Не лукавь. В этой форме мы хорошо распознаем ложь.”
“Спасибо, — ответила я, стараясь сделать обращение адресным.”
