— А фишка в том, что он‑то его узнал, а тот — в полный отказ пошел!
— Кто тот? Кто он? — раздраженно оборвал его, Серега Младой.
— Того, кто узнал Сему–Поинта, кличут Костей Меченым, и он, когда столкнулся с ним, стал говорить про то, как они сидели вместе, а Сема–Поинт ему на это и говорит: обознался ты, мол, земляк, я по первой ходке иду… — взахлеб рассказывал Федор.
— И что еще?
Прапорщик вдруг хлопнул себя ладонью по лбу:
— Да, вот еще что: Костя Меченый называл его Бешеным!
— Ты уверен? — нахмурился Смотрящий: показалось, что ему уже ранее приходилось слышать это прозвище.
— Гадом буду! — перекрестился прапорщик. — Бешеным он его называл, это точно!
— И что потом?
— А что потом, — прапорщик пожевал губами, — Сема–Поинт вдруг уставился на него в упор и говорит: ты, мол, парень, обознался, вижу тебя впервые, и ранее никогда не был на командировках. Мол, это моя первая ходка!
— И что Меченый?
— А Костя Меченый вдруг покачал головой и сказал, что да, наверное, он ошибся: мол, похож на его приятеля очень… — прапорщик преданно уставился на Смотрящего.
— И все?
Прапорщик наморщил лоб, пытаясь вновь и вновь проиграть в памяти весь разговор Кости Меченого с Семой–Поинтом. И вдруг вновь стукнул себя по лбу:
— Вспомнил! — он обрадовался так, словно нашел миллион долларов.
— Говори!
— Костя Меченый напомнил ему о том, как он, на той командировке якобы поломал каких‑то там ментов! — пояснил Федор.
— И что тот?
— А тот все твердит одно и то же: я ни я и лошадь не моя! А сам, между прочим, уже второй срок получил: за побег! Правда, сидел совсем ничего: пару недель каких‑то, и в побег ушел, — прапорщик победоносно взглянул на Серегу Младого, явно ожидая поощрения.
Смотрящий вытащил пару десяток и протянул вертухаю, потом спросил:
— Стакан водяры накатишь?
— Почему нет? Если нальешь, — довольно хмыкнул тот, пряча деньги в карман…
Поначалу Серега Младой хотел сразу вызвать к себе этого Костю Меченого, но подумал, что не стоит горячку пороть. Первым делом нужно обо всем спокойно поразмыслить.
Во–первых, Серегу Младого смущало, что Меченый, вначале уверенный, что узнал в Семе–Поинте какого‑то там Бешеного, так быстро пошел на попятный.
Во–вторых, Смотрящий решил разобраться, откуда ему самому известно погоняло «Бешеный»? Не могло же оно просто так, ни с того ни с сего, всплыть в памяти.
И, в–третьих, почему этот Сема–Поинт говорит, что у него первая ходка, хотя уже сидел, и второй срок получил за побег? Что‑то здесь явно не сходится…
Когда прапорщик ушел, Серега Младой еще и еще раз проанализировал полученную от него информацию. Кроме того, он, вспоминая общение со странным новеньким, все больше приходил к мысли, что не мог такой человек, как Сема–Поинт, проколоться на такой ерунде. Но и Костя Меченый не мог, ни с того ни с сего, узнать в незнакомце своего давнего приятеля.
Тогда что? Если Сема–Поинт не врет, то врет Меченый? А если и он не врет, то что?
Серега Младой принялся быстро ходить по своей «камере» из угла в угол. Неожиданно он резко остановился как вкопанный. А может быть, все гораздо проще: обыкновенное стечение обстоятельств? Просто Сема–Поинт действительно оказался очень похож на этого Бешеного. Но для полной уверенности, что это и является истиной, необходимо повидаться с первоисточником, то есть с Костей Меченым.
Он нажал на кнопку вызова, проведенную специально на пульт дежурного по корпусу.
Через минуту старший прапорщик открыл кормушку:
— Какие‑то проблемы? — спросил он.
— У меня — никаких проблем нет и быть не может! — сухо заметил Смотрящий, — Что, Федор уже сменился?
— Да, полчаса назад: может, я могу чем‑то помочь?
— Можешь… — кивнул Смотрящий. — Ты, вот что, Саныч, приведи‑ка мне Костю Меченого.
— Это что, фамилия такая? — не понял тот.
— Это его погоняло, — теряя терпение, ответил Серега Младой. — Ты чего, Саныч, контингент свой не знаешь?
— Извини, Серега, задумался.
— Какой я тебе Серега? — вспылил Смотрящий. — Для тебя я Сергей Данилович.
— Да, конечно, Сергей Данилович, — миролюбиво согласился тот. — Сейчас доставлю Меченого. Перед этим ему сказать нужно что‑нибудь?
— Ничего говорить не нужно, скажи просто: я, мол, вызываю для разговору…
Не прошло и часа, как Костя Меченый уже входил в камеру Смотрящего.
— Сан Саныч сказал, что ты хочешь меня видеть, — без тени беспокойства проговорил Костя Меченый, с интересом осматривая помещение.
— Ты ж вроде как бы «москвач», как сюда‑то занесло? — поинтересовался Серега Младой.
— Во–первых, не из Москвы я, а из Подмосковья: есть такой небольшой город под Москвой — Копотня называется, может, слышал?
— Даже бывал там, с вашим Рокотом встречался, перетирал с ним кое‑что.
— Отошел Темка–Рокот в мир иной, — со вздохом поморщился Костя Меченый.
— Замочили? — насупился Смотрящий.
— Нет, цирроз печени свалил, — Меченый пожал плечами, словно говоря: все там будем.
— Что ж, давай помянем: хорошим братишкой был, правильным, не гнилым пацаном был, — хозяин камеры направился к бару.
— Пацаном? — подхватил с досадой гость. — Он уже полтинник в прошлом году разменял, — потом догадливо ухмыльнулся: — Проверяешь, что ли?
