Серега Младой сразу понял, что такие люди, как Сема–Поинт, встречаются очень редко: возможно, один на миллион. Они тверды в своих решениях и могут их поменять только в одном случае: если сами захотят этого.
А потому вслух Смотрящий сказал не совсем то, что он сам думал, а то, что захотел услышать его собеседник:
— Похвальное стремление всегда оставаться на стороне сил Добра, — с уважением заметил он.
— А на самом деле подумал: «С такими мыслями этот парень набьет себе много синяков и шишек!» — с иронией подхватил Сема–Поинт.
Серега Младой не стал ни возражать его словам, ни подтверждать их: он просто перевел разговор на совсем другую тему:
— Я очень рад, что ты решил выступить на нашей стороне, на стороне тех босяков, которые хотят, чтобы и за колючей проволокой люди чувствовали себя людьми, а не быдлом, и не скотом! Не скрою, прежде чем пригласить тебя для этого разговора, я обратился к уважаемым людям, которые слышали про тебя, но никто из них не сказал о тебе ни одного дурного слова.
— Иных уж нет, а те далече! — недобро ухмыльнулся Сема–Поинт.
Но Серега Младой либо не заметил тона собеседника, либо не захотел заметить его:
— Я не знаю, как это ты делаешь, но то, что у тебя есть Божий дар чувствовать людей, это здорово! — сказал он, потом, чуть подумав, тихо проговорил: — Честно говоря, не позавидую тем людям, которые захотят пойти против тебя…
— Спасибо, конечно, на добром слове… — кивнул Сема–Поинт, затем плеснул по рюмкам коньяка и проникновенно провозгласил: — За то, чтобы никто из нас: ни ты ни я, не огорчился в будущем тому обстоятельству, что когда‑то мы познакомились друг с другом!
— Здорово сказал! — дрогнувшим голосом произнес Смотрящий, после чего чокнулся, залпом опрокинул коньяк в рот, заразительно крякнул и весело добавил: — Хороший ты пацан, правильный, есть в тебе что‑то такое…
Серега попытался найти нужное слово, но оно никак не приходило ему на ум, и вдруг его неожиданно осенило: он хлопнул в ладоши и воскликнул, довольный, что нашел подходящее определение:
— Настоящее! Вот точное определение моих ощущений! Точно, ты — настоящий! — повторил он и добавил: — Вот, что я хотел сказать!
— Ты тоже настоящий, — с улыбкой заметил Сема–Поинт.
— Ты прекрасно понял, что я имею в виду, — казалось, он сейчас обидится. — Ладно, поясню для слабо развитых, — Сергею явно захотелось точнее донести до собеседника то, что он осознал сам: — Например, я твердо убежден в том, что ты относишься к той породе людей, кто всегда держит данное ими слово. Ты никогда не предашь близкого человека. А кроме того, ты из тех немногих людей, которых невозможно сломать психологически, или кто‑то со стороны смог бы попытаться навязать тебе свое мнение…
— Ладно, сдаюсь: я все понял, — Сема–Поинт шутливо вскинул руки вверх и зашелся в хохоте, но потом резко оборвал сам себя и вдруг спросил: — Ты можешь организовать мне встречу с Костей Меченым?
— Зачем тебе? — удивился Серега Младой, потом прищурился. — Уж не вспомнил ли ты, что знавал этого пацана и раньше?
— Нет, не вспомнил, более того, точно уверен в том, что никогда ранее с ним не встречался, но мне очень хочется узнать подробности о человеке, с которым тот меня спутал! — честно признался Сема–Поинт и тут же спросил: — Но откуда ты знаешь о нашей с ним встрече? — и догадливо хлопнул себя по лбу: — Прапор уже успел доложить?
— Угадал, — согласно кивнул Сергей. — А про Бешеного я уже все узнал: через некоторое время после общения с Костей Меченым, Бешеного что‑то подтолкнуло к побегу и он сделал ноги, а позднее, как сообщили правильные люди, он погиб от рук продажных ментов…
— Погиб? — с огорчением вырвалось у Семы- Поинта: несмотря на то, что он никогда не слышал о своем двойнике, он искренне огорчился сведениям о его гибели.
— Погиб, — кивнул Сергей, — но меня настораживает, вернее сказать, удивляет тот интереснейший факт, что в тот злополучный побег Бешеный ушел с двумя своими «торпедами» …
— «Торпедами»? — переспросил Сема–Поинт.
— «Торпедой» называют у нас того, кто послан, чтобы замочить определенного клиента… — пояснил Сергей.
— А что они говорят?
— Кто?
— Ну, эти «торпеды»?
— Обе «торпеды» погибли и уже никогда ничего не скажут, — скривил губы Смотрящий.
— Жаль…
— Ладно, Бог им судья! — заметил Сергей.
— Согласен!
— Ты как тот Герасим: на все согласен! — подмигнул Сергей.
— Уверен? — нахмурил брови Сема–Поинт.
— Да шучу я, шучу! — добродушно усмехнулся Смотрящий.
Затем, чуть подумав, он, с некоторыми чертиками в глазах, поинтересовался:
— Ты мне вот что скажи: ты что, действительно, морально поломал убийц в той тюрьме, где сидел до суда, и навел порядок в одной из пресс–хат? — неожиданно перешел на другую тему Сергей. — Или это одна из легенд о тебе, которая запущена твоими доброжелателями?
— А ты как думаешь? — хитро прищурился Сема–Поинт.
— Я привык верить своим глазам, а не слухам, — уклончиво ответил Смотрящий.
— То есть ты хочешь убедиться на собственном примере в моих способностях? — улыбнулся Сема- Поинт.
— А ты что, против этого?
