Даже Бог-человек однажды не удержался, - соврал. У Царя Небесного ему, вишь, вина попить захотелось… Впрочем, он притчами все изъяснялся да иносказаниями… А что он конкретно имел в виду? Лично я до конца так и не понял. Вот ежели б он сам все записывал, да издал потом, без всяких посредников: редакторов, цензоров и прочих жуликов… тогда, быть может, ситуация прояснилась… А так… только общее направление мысли угадывается.
Для того, что бы поврать от души и с пользой, (ради рода человеческого, естественно) искали единомышленников. Объединялись в семьи, кланы, общины и прочие тайные кружки.
Врали годами, поколениями, тысячелетиями…
Врали мощно и убедительно. Целыми народами.
Врали самоотверженно, отдавая судьбы и жизни за чей-то беззастенчивый треп.
И оттого в природе много чего непонятного творилось…
Были, конечно, единичные кладоискатели правдолюбы. Но их тут же обнаруживали и ставили к стенке. Или распинали… или сжигали в костре. А потом, в силу генетики и вышеописанного наследственного груза, все удачно запутывали и толковали по-своему.
Так что, моя интуиция правильно рассудила: нечего тратить лучшие свои годы на всякие выдумки. И без меня, как выяснилось, этих врунов виртуозов выше крыши, а баек-легенд - море разливанное.
Пусть как было, так было. Чего уж. Хуже чем ты есть, наплести вряд ли удастся; лучше - скучно получится. В общем, так: «Молчи, скрывайся и таись» - не наш принцип. Наш принцип: «Хватит, мужик, прикидываться - колись!»
Народ у нас, в общем, и целом, правду все-таки ценит, - поймет. А Бог, вообще, все видит и слышит. Изнутри и снаружи. Мне так кажется… А ему-то к чему твои враки…
Так что, хватит трепаться, выпей пивка и иди работать. Мостить дорожки и возводить стены.
Интуицию назначаю бригадиром.
10.
Вот с чего я начал:
разучился сочувствовать себе самому!
Начнем с самого удивительного: я родился.
Первые лет пять можно опустить из-за туманной их неопределенности. Дети, конечно, божьи создания, цветочки, ангелочки и все такое… Однако. Я бы не торопился с оценками. По-моему, такие же сукины дети, как их родители, только маленькие. И чего умиляться, что безгрешны они и чисты… Чисты, - потому что мамка купает, а безгрешны, - потому что грешилка не выросла.
И еще… Некоторые граждане любят повздыхать: «Детство… о, детство! Ё-мое! Все мы родом из детства…»
И слеза наготове…
А у меня так ничего особенного там не было - глупое, довольно и бестолковое…
А уж об отрочестве и вспоминать не охота. Тыкался, как кутек, в разные тупики. И из всех чувств сохранилась какая-то тотальная неудовлетворенность и тотальный же стыд. И еще удивление: туда ли я попал?
Единственная радость в ту пору - дрочить научился.
Я всё прикидывал, временное это непонимание, или как?.. Когда же туман рассеется?.. Что там, за горизонтом?
Зря я туда торопился…
Всё проходит. Мир стал раскрываться… и тогда… такое обрушилось! Такие начались открытия!
Не было ни одного, самого завалявшегося комплекса, чтобы я его не подцепил… Букет комплексов! Икебана… Знать бы только, что за умник икебану ту сотворил!
Первый и основной, - это уж как в совковом монастыре завелось - традиционный комплекс неполноценности. Русский народ меня поймет. Этот комплекс, добытый в боях, взлелеянный, вскормленный на груди великодержавной империи, надо давно уже сделать символом нации. Этот комплекс пожизненный великий масштабный и всеобщий. Правда, восславлять и петь дифирамбы ему я не стану. И без меня старателей целые артели. Не одно поколение мастеров российской словесности перья поломали, исследуя его дохлое тельце и темную душу. Все эти Акакии Акакиевичи, да Смердяковы с Фердыщенками и прочими «униженными и оскорбленными» в зубах навязли… И ничего, кроме брезгливости, у меня лично не вызывают.
А комплекс вины… Это ж кладезь бездонный! Какие титаны мысли на него западали! И чем мощнее был дух, тем яростнее они его культивировали. У одного графа крыша просто слетела от такой непосильной работы.
А половой комплекс… (Любит - не любит; даст - не даст… Или даст, но не мне…) Самый, пожалуй, массовый и популярный… А какое разнообразие! Какие оттенки! Какая музыка… и какой беспредел! Какие «Крейцеровы сонаты» разыгрывались! Какие «Отцы Сергии» жизнь свою под откос пускали…
А родовой… Мама - папа… Куда от них денешься… Они-то далеки от совершенства… И у каждого своя икебана…
- Мама, это стыдно!
- Папа, ты же пьян!
А национальный! Папаша, царство ему небесное, еврей-неудачник, наградивший меня гордой и благозвучной фамилией - Эткин. Сумасшедший, всю жизнь сочиняющий философский труд «Государство будущего». К тому же, пьяница беспробудный…
Господи, сколько страданий он приносил нам с мамой - русской красавице, певунье… Вечные скандалы, нужда… Евреи шарахались от него, как от прокаженного; русские - откровенно смеялись:
- Паша, ты еврей какой-то неправильный. Таких непрактичных деятелей и горьких пьяниц не бывает среди вашего брата. Ты ж - без царя в голове!
