- ...Я в шоке, бля, даже отреагировать не успел, Дин! Тоже вскакиваю, кидаю все, попкорн, сок, очки, и за ним! А он сначала Ромку за грудки схватил, тот тоже не ожидал, скукожился весь, Свят его встряхнул пару раз, матом кроет, потом заносит руку для удара, и я подскакиваю, хватаюсь за эту руку, ору: «Не надо, Свят!» Там же, блять, столько злости было, что он бы его точно измолотил до полусмерти, если не остановить. Потом уже и Док подхватился, и еще какой-то мужик, прикинь! А Свят как бешеный. Мы его еле втроем оттащили! А потом уже и кассирша прибежала, орет: «Выведите его из зала! Вон отсюда! Вызовите милицию!» Бля-я-я... Короче, Дин, это был реальный пипец! Сходили в кино называется!
- Ян, сейчас ОН где? – не выдержал я.
- Дин, он за водярой пошел, прикинь? Я тебе чего и позвонил! Тут в магазине рядом девка работает, втюренная в него до смерти, никогда не отказывает ему в спиртном! Он набухается, и рванет к Доку этому, понимаешь? Он не говорил это напрямую. Но я это жопой чувствую. И я остановить его не смогу! Я один, Кирилл ушел, его уже мать вызвонила, ну, он и пошел! Не буду же я еще и этим его напрягать! Я боюсь, Дин, понимаешь? Очень боюсь!
- Успокойся, я уже в трамвае, буду у вас через полчаса, слышишь?
- Да.
- Вот, твоя задача до моего приезда его удержать дома, и все. Остальное я решу сам.
- Все, он уже дверь открывает. Все, родной, я очень тебя жду.
- Я знаю. Скоро буду, не переживай.
Отключившись, я, стоя возле окна, сдержал порыв прижаться лбом к холодному стеклу.
У меня было почти такое же состояние, как после звонка матери клонов, когда Ян пиздюлину получил.
Блин, только бы чудовище не рвануло из дома до моего приезда.
Только бы... Иначе вообще не известно, чем все закончится.
Я понимал, почему Ян думает, что Свят рванет к Доку. Док должен знать, где можно найти этого ублюдочного Ромку. Ну, а если они вместе... Дока, этого не маленького такого, я видел, одного взгляда было достаточно, чтобы понять, Святу достанется не хило, а если тот будет не один, то я даже боялся представить, чем все может закончиться.
В ушах стоял взволнованный, срывающийся голос Мозаика, и его состояние я понимал от и до.
И до одури злился, что так медленно тащится этот чертов трамвай, злился на еле шевелящихся людей, ползающих как черепахи, входящих, выходящих...
Бли-и-ин, как же меня колбасило!..
Хотелось курить, орать матом. Хотелось дать пиздюлей водителю, чтобы прибавил ходу, у-у-уй-й!..
И невыносимо долгой казалась эта дорога.
***
Я побежал по лестнице, только на третьем этаже вспомнив про лифт. А уже с нижней площадки пятого я услышал ругань, одновременно, вздохнув с облегчением, что не опоздал, и еще больше напрягаясь, понимая, что проблема действительно конкретная.
Позвонил в дверь, слыша, как Ян кричит: « Ты не пойдешь, я сказал! Слышишь?» И ответ, блять: « И как ты меня остановишь? В ботинки нассышь? Так я твои одену!»
Бля...
Дверь открыл Свят, вздрюченный, в крутке, явно успевший хапнуть водяры, потому как пахло свежаком.
- О, еее!!! Моя ты радость! - это мне, а потом Яну, - Позвал, да? Позвал? И ты думаешь, это поможет?
- Поможет, – я кивнул, спокойно закрыл дверь, стянул шапку, закидывая ее на вешалку, пока нажратое чудо все еще пыталось доказать брату, что его никто и ничто не удержит.
Потом спокойно подошел сзади к Святу и содрал с плеч расстегнутую куртку.
- Хули? Что ты делаешь, бля? Я ухожу, мне надо, понял? – он попытался вырваться из моих рук, ну, и мне пришлось прижать его к проему двери, сдирая рукава.
- Стой ты! Никуда ты не пойдешь, успокойся, а? Успокойся, я сказал! Не дергайся! Тебе что, морду давно не били? Может мне помочь с этим, а? Помочь? Так я могу! Меня долго упрашивать не надо! И не надо для этого так далеко ходить!
Свят развернулся, я отбросил сорванную с него куртку в руки Яну.
- Да? Так хочется? Ну, давай, давай, милый! Руки чешутся, да? Чешутся? - он дернул меня к себе за грудки, меча молнии синими, блестящими от злости и водяры, глазами, притягивая к себе, дыша в губы. – Я жду! Бей! Ну?
Его реально трясло. И это не могло не предаться мне.
Господи, ударить его сейчас мне хотелось меньше всего, я же знал, отчего все это с ним.
- Придурок, – прошипел я, - Какой же ты придурок! Ты не пойдешь, вернее, пойдешь, но со мной, в комнату, понял?
- Что? НЕТ!
- ДА! Я сказал – да! И отказа я НЕ принимаю, понял?
Я обхватил его за шею, и такого, злющего, вырывающего, орущего, потащил в спальню.
Не знал я, ЧТО буду делать, но что угодно, лишь бы успокоить его, и заставить отказаться от этой бредовой идеи.
В спальне я придавил его к стене, всем телом, вцепившись в волосы, откинул голову назад, чувствуя, как он пытается меня от себя отодрать.
Я лизнул его в шею, действуя просто на автомате, не думая совершенно, что творю.
- Сука... нет... – прорычал зверь, но я неожиданно почувствовал, как он замер на секунду, расслабляясь, а потом снова начал выдрючиваться.
- Успокойся ты! Бля, ну не отпущу же все равно! Слышишь?
- Да пошел ты! Кто ты, мать? Отец? Чтобы не пускать! Нет? Тогда на хуя так переживать, а?
