— Машина пробила ограждение и рухнула со скалы. Водитель погиб уже на пляже. Он был не намного старше тебя, Конрад.
Юноша вспомнил побелевшее от страха лицо за стеклом.
— Но завтра ты увидишь, что он еще сослужит тебе хорошую службу.
Часа в три появился дядя Теодор. Он ехал в инвалидной коляске, а за ним шли его жена и Сэди. Еще пересекая палату, он помахал рукой Конраду. Казалось, что он постарел на десять лет.
Слушая дядю, Конрад понял, что эти два пожилых человека — его единственные друзья. В детстве у него было несколько друзей, но после смерти родителей вокруг мальчика выросла стена отчужденности. Дядя Теодор и его жена вытащили мальчика из грязи уличной жизни, и Конрад всей душой был благодарен им за это.
По сравнению с ними доктор Найт выглядел в представлении больного слишком самоуверенным, эгоистичным и брюзгливым.
Когда доктор ушел, подросток заговорил с дядей:
— Доктор Найт сказал, что может что-то сделать для моих ног…
— Я уверен, что он может. — Дядя Теодор ободряюще улыбнулся, но его глаза были грустными. — Эти ученые — очень умные люди. Они обязательно помогут тебе.
— А что с твоей рукой, дядюшка? — Конрад указал на повязку.
— С рукой? Потеря пальца не помешает мне курить трубку. — И, прежде чем Конрад успел вмешаться, он продолжил:
— С твоей ногой совсем другое дело. — Дядя Теодор встал. — Отдыхай, Конрад. Ты еще побегаешь…
Через два дня, в девять часов, в комнату вошел доктор Найт. Он начал разговор, даже не поздоровавшись:
— Ну что ж, Конрад. Прошел уже месяц со дня аварии. По-моему, пришло время вернуть тебе ногу…
— Ногу?! — удивленно воскликнул подросток. — Что вы вместе в виду?!
— Я говорю в прямом смысле. А в школе вам ничего не говорили о регенерационной хирургии?
— А, пересадка почек? И не только почек… Вы хотите трансплантировать мне ногу?
— Ха! Ты почти угадал, Конрад. Но давай сначала кое-что проясним. Наука о регенерации зародилась лет пятьдесят назад, и теперь мы добились некоторых успехов в этой области. Так вот, сразу после операции тебе перелили много крови. Пока ничего страшного, правда?
Прежде чем ответить, Конрад помолчал. Ему не хотелось быть подопытным кроликом.
— Нет, пока ничего…
— Конечно, некоторые люди отказываются от переливания крови даже под угрозой смерти. Они боятся, что их тело будет осквернено чужой материей. Другие ничего не боятся. В самом деле, разве, когда мы едим или пьем, мы не соприкасаемся с иными материями? — Доктор Найт улыбнулся.
— Конечно, — улыбнулся в ответ Конрад.
— Большинство людей придерживаются той же точки зрения, что и ты. Для них жизнь дороже всего остального. Иногда между донором и спасенным возникают крепкие дружеские отношения.
Лет пятьдесят назад некоторые люди, в большинстве своем ученые, добровольно отдавали свои органы для операций. Но все попытки проваливались из-за так называемой реакции отторжения. Даже умирающий организм стремился уничтожить пересаженный орган.
Но это вопрос скорее для биохимиков, чем для хирургов. Благодаря их помощи ежегодно спасаются десятки тысяч жизней; люди с поврежденными конечностями, органами, даже с повреждениями сердца и нервной системы получали новые органы. Самым сложным было добывать эти органы. Очень немногие хотят быть донорами. К счастью, некоторые люди завещали свои тела госпиталям. Когда они умирали, их здоровые органы замораживали и хранили до нужного случая. Так что теперь у нас есть резерв практически всех частей тела.
Когда доктор Найт замолчал, Конрад растерянно спросил:
— Этот госпиталь… Это делают здесь?
— Ты попал в самую точку, Конрад. Это один из сотни регенерационных институтов, — доктор Найт помедлил. — Но твой случай самый тяжелый в нашей практике. Обычно мы пересаживаем здоровые органы пожилым людям и тем самым продлеваем им жизнь.
Доктор Найт помог Конраду приподняться на подушке и продолжил:
— Теперь ты понимаешь, почему в нашей больнице так много стариков. Мы даем семидесятилетним вторую жизнь, которая может длиться еще лет тридцать!
— Доктор.., водитель той машины.., я не знаю его имени… Вы говорили, что он может помочь мне.
— Да, я упоминал об этом. А теперь подумай, Конрад: согласен ли ты, чтобы тебе пересадили ногу того водителя?
— Не знаю…
— Решайся, Конрад. Выбор за тобой. Если тебе пересадят ногу, то ты станешь опять здоровым и сильным. Иначе тебя ждет инвалидная коляска…
— Операция будет завтра?
— О Боже, конечно, нет! — Доктор Найт непроизвольно улыбнулся. — Подготовка займет не меньше двух месяцев. Ведь нужно проверить донорские ткани на совместимость: разные там кровеносные сосуды, нервные окончания и так далее. Пока ты будешь носить протез, но после операции у тебя будет здоровая нога. Теперь скажи: согласен ли ты на операцию?
— Да, — не сразу ответил Конрад.
— Нам нужно согласие твоего дяди…
Вдруг Конрад увидел тонкий шрам, идущий по запястью доктора Найта. Кисть чем-то отличалась от всей руки. Доктор, поймав взгляд юноши, пояснил:
— Это пример нашей хирургии. У меня было заражение крови, и пришлось пересадить руку. Она не хуже прежней. Без нее я не смог бы оперировать.
