– Господа, свои отношения мы уже оформили документально. – Крюков дал им возможность обдумать свои слова и продолжил: – Деньги, которые положены каждому из вас, внесены в банк. Его название и реквизиты я сообщу чуть позднее. Сейчас я познакомлю вас друг с другом и расскажу о задаче, которую нам предстоит решать. Итак, знакомьтесь. Госпожа Вера Васильевна Анисимова…
Верочка встала и дружески улыбнулась собравшимся. Мужики есть мужики, и она знала, что каждый сейчас ощупывает ее глазами, пытаясь представить, какие отношения можно с ней завязать.
– Там, где нам предстоит работать, Вере Васильевне придется изменить облик. Чтобы казалось – в команде одни мужчины. Далее, Лукин Алексей Сергеевич. Спецназ флота…
Лукин встал, позволив оглядеть себя.
– Юрий Петрович Демин. ОМОН. Сергей Денисович Мишин. Армейский спецназ. С вами я уже знакомился. Итак, нас пятеро. Вопросы есть? Вопросов нет. Тогда, если вы не против, пройдем в помещение.
В большой прохладной комнате на голых, оструганных до белизны досках просторного стола лежала карта. Мишин с первого взгляда определил – это так называемая «пятисотка», мелкомасштабная оперативно-тактическая карта, один сантиметр на которой равнялся пяти километрам на местности. Такой масштаб позволял топографам изобразить на бумаге особенности рельефа, нанести на нее сеть дорог, указать даже небольшие населенные пункты.
Подобные карты предназначаются для штабов, планирующих военные операции и передвижение войск. Кроме того, их используют в авиации в качестве полетных. Обилие коричневого цвета подсказывало, что район действий лежит в горно-лесистой местности.
Вошедшие расположились вокруг стола. Крюков положил на карту ладонь.
– Это территория Боснии. Думаю, вы уже поняли – работать нам придется именно там.
Слова прозвучали тревожно. В Боснии шла война. Судя по информации, которая звучала с экранов телевизоров, война жестокая, без правил и милосердия; война, не имевшая видимых целей и конца.
– Прежде чем рассказать о нашей задаче, обрисую в самых общих чертах военно-политическую обстановку…
Крюков взял большой плотницкий гвоздь, лежавший у карты, и, пользуясь им как указкой, обвел широкий овал.
– Немного помолчу, а вы вглядитесь в карту. Мне очень важно, чтобы она в какой-то мере запечатлелась у вас в памяти. Особенно эта ее часть…
Крюков обвел гвоздем овал размерами поменьше первого.
– Это район Восточно-Сербских гор со сложной системой хребтов и ущелий. Здесь как раз и ведутся основные военные действия. С общечеловеческой точки зрения, этой войне нет оправданий, хотя ей можно дать объяснения. Одно из таких объяснений заключает в себе очень хитрую спекуляцию. Если ей верить, то борьба в Боснии ведется между хорватами, сербами и «мусульманами». Эта триада стала для европейского обывателя привычной, и мало кто пытается задать вопрос: почему две стороны конфликта – хорваты и сербы – определяется по этническим признакам, а третья – по религиозному. В этом заключена вся хитрость. Всякий, кто в силу незнания фактов принимает такое деление, теряет возможность разобраться в истине, понять глубинную суть проблемы. А она в том, что сербы, хорваты и некие «мусульмане» по этническим признакам в одинаковой степени южные славяне. У них общие исторические корни, родственные языки. В лингвистике ученые не делят язык сербов и хорватов, а объединяют его в один – сербско-хорвате кий или, чтобы не задевать хорватов, – в хорватско-сербский.
– Что же тогда их разделило? – Лукин задумчиво щелкал костяшками пальцев.
– Только религия. Долгое время территорию Балкан и берега Адриатики населяли племена южных славян. Именно на этих землях сталкивались три волны религиозной экспансии – католической, православной и мусульманской. Часть южных славянских земель оказалась под владычеством Турции. Западные территории – Словения, Хорватия – попали под руку Австрийской империи Габсбургов.
