Газеты арабского мира назвали Дона «кровавым жидовским мясником». Европейская пресса потребовала положить конец израильскому беспределу в отношении к оккупированному палестинскому населению. Дона в угоду общественному мнению арестовали. Прокуратура завела на него уголовное дело. Суд приговорил капрала к двум годам заключения.
Прошло время, скандал постепенно утих.
И тогда из тюрьмы, куда был помещен Дон бен-Бецалел, его увезли в неизвестном направлении.
«Неизвестное направление» вело в штабквартиру израильской разведки Моссад. Ее шеф Якоб Дрор, или, как его именовали в своем кругу, «доктор Коби», высоко оценил готовность Дона бен-Бецалела сражаться с врагами Израиля и приказал подобрать ему подходящее дело в недрах своей конторы.
Такое дело быстро нашли.
В штаб-квартире Моссада Дона принял руководитель так называемого «боевого отдела» Сэмюэль Гершон. Под его руководством осуществлялись «боевые», а по существу террористические акции Моссада во всем мире.
Представившись как господин Илд Муниш, Гершон долго беседовал с Доном, прощупывая его убеждения. Наивный капрал был потрясен, насколько глубоко господин Муниш знал подробности его жизни. В разговоре всплыло имя дочери рэбе Берковича Шлиме и многие подробности отношений капрала с командиром роты капитаном Ойзером.
Дону хватило благоразумия не отрицать ничего и не оправдываться. Это понравилось начальству, и уже через два дня Дон бен-Бецалел под именем Дональда Морелли был зачислен на спецкурсы Моссада.
Год спустя Дональд Морелли оказался в штате боевого отдела в качестве «штыка» – кидона, в обязанности которого входила физическая ликвидация лиц, приговоренных израильской спецслужбой к смерти. Нельзя сказать, что назначение нового агента на особо секретную должность прошло без трений. У тех, кто в силу служебного положения принимал ответственные решения, вызывали настороженность не совсем нормальные сексуальные пристрастия будущего кидона.
Скрыть сам факт этой ненормальности начальство Дональда не решалось. В случае провала агента умолчание о его гомосексуальности грозило большими неприятностями тем, кто скрыл правду. Поэтому с каждым сомневающимся проводили специальную работу. Дольше других сопротивлялся генерал Авиэзра бен-Борат, один из советников президента. Он представлял Ширут ха-Битахон, службу безопасности Израиля, более известную в мире по аббревиатуре Шин Бет.
Генерал Аба, который убеждал коллегу одобрить представление боевого отдела, приложил для достижения цели немалые дипломагические усилия. При этом в беседе имя Дональда ни разу не упоминалось. Настоящие имена и псевдонимы в спецслужбе полагалось знать крайне ограниченному кругу лиц.
– У этого агента есть немалые достоинства. – Генерал Аба помолчал, ожидая, что собеседник поинтересуется тем, что он имеет в виду. Но бен-Борат вопроса не задал. Он прекрасно знал – собеседник и без того выложит все.
– Нетрадиционная ориентированность в сексе таит определенные выгоды…
Генерал бен-Борат брезгливо поморщился.
– С каких это пор в ваши штаты стали брать жопашников?
Генерал Аба только улыбнулся.
– Ацони бен-Борат, давайте вспомним слова незабвенного бен-Гуриона. «Мы не станем полноценной нацией, – говорил он, – пока у нас не будет своих убийц и проституток».
– Намек, что мы стали полноценной нацией, поскольку у нас завелись собственные гомики? Не узко ли?
– Вы не так меня поняли, генерал. Я всего лишь имел в виду, что полноценная нация не должна бояться никаких частностей. Тем более если читать Танах, мужелюбы существовали задолго до нашей эры. Думаю, писанию в этом можно верить.
– Что из этого вытекает?
– Мы профессионалы, генерал. А это значит, для всякого дела имеем специальный набор инструментов. Есть общественные сферы, куда для разработки нужных нам мужчин бессмысленно подсылать женщин…
– О, Господи! – Генерал бен-Борат готов был сплюнуть и сделал бы это, окажись он на улице, но здесь, в кабинете, блиставшем стерильной чистотой, он только позволил себе подумать, что сплюнул. – Куда мы катимся?
Генерал Аба помрачнел.
– Мы потому никуда не катимся, что выбираем средства не по их чистоте и мало беспокоимся о том, чем пахнут те или иные методы устранения наших врагов.
Последней попыткой генерала бен-Бората сопротивляться стал вопрос:
– А он, ваш агент, не скурвится? Не пойдет по рукам?
Генерал Аба улыбнулся улыбкой еврейского мудреца – лукавой и грустной.
– Эта воможность учтена. Мы найдем ему любимого мужчину…
Местом постоянного пребывания Дональда Морелли стал Неаполь.
По сравнению с такими гигантами шпионажа, как разведки Соединенных Штатов и Советского Союза, Моссад по своему штатному составу был и остается организацией карликовой. Но ни американская, ни советская секретные службы никогда не имели и никогда не смогут иметь такой огромной и мелкоячеистой разведсети, какой весь мир накрыл Моссад.
