И вот, под вечер дело было завершено. Чародей опустил свои руки, чародейка поднялась в полный рост, Динар сидел на кровати и безотрывно глядел на Лукрецию. Чуть помолчав, она заговорила: «Что ж, Динар, отныне ты свободен от оков несовершенства, которые сковывали тебя с самого твоего рождения. Никто не был в этом виноват: ни ты, ни твоя мама. Просто таков жребий всех, кто остался без покровительства великих. Но тебе дан второй шанс. Не упусти его. А теперь, встань и пойди поешь, ведь твоему организму для дальнейшего исцеления необходима пища. Смелее» Динар пытался подняться, но неуверенность в себе была сильна, а потому он плюхнулся на кровать и, глянув в глаза Лукреции, произнёс немного невнятно: «Я не могу» — «Не в возможностях дело, ведь теперь ты можешь всё, а в страхе. Преодолей его, и тогда твои возможности станут безграничны» Заговорила Эльза: «Динар, мальчик мой, давай, вставай. Ты можешь, я верю» Он глянул на неё, по-доброму улыбнулся, но не так, как он улыбался раньше, широко и криво, а искренне, по-взрослому, а после принялся пробовать подняться ещё раз. И у него получилось. Стоял он неуверенно, однако Лукреция наблюдала за ним, точнее, за результатом своего труда. Дух движется через новые каналы, прокладывая по ним пути. Мозг перестраивает свою работу, пытаясь сосуществовать с новыми областями, которые обучаются действовать. Раньше всего этого не существовало. Но человеческий разум устроен дивно. То, чего не было, вскоре станет неотъемлемой частью. А потому, пока происходила эта адаптация, становилось заметно, как Динар обретал с каждым мгновением всё больше и больше уверенности. Вновь заговорила Лукреция: «Ты понимаешь, что всё это уже умеешь. Просто осталось теперь понять то же самое и твоему телу. Ошибки будут. Ведь твоё тело обучается именно так. Но их можно избежать, если делать всё поэтапно и не торопясь. Попытайся представить, как ты делаешь первый шаг, прокрути это мгновение в своей голове несколько раз. Постарайся представить каждый миг, каждое движение. А потом постарайся повторить то же самое и своими ногами. Обопрись обо что-нибудь. Не страшись. Ниже пола не упадёшь» Это всё были инструкции, как нужно было поступить Динару, чтобы научиться ходить. Договорив это, они с братом стали удаляться из спальни этого парня. Эльза же, наоборот, двинулась к нему, чтобы поддержать своего сына в этом чуде. Орман последовал за чародеями. Выбравшись из дома, Лукас обратился к беломагу: «Люди, с которыми вела свои мерзкие дела Эльза, слишком привыкли к тому, что она готова исполнить любое их развратное желание. А потому, потеряв такую возможность, они станут угрожать ей. Чтобы ничего подобного не случилось, мы вынуждены будем прийти в то место, где они собираются, и лишить жизни одного из них, а также внушить трепет всем оставшимся. Ты же позаботься о том, чтобы она отыскала для себя новое поприще, более не связанное с этим мерзким делом, ведь дух — это не магия. Он действует иначе. Если она продолжит питать свой дух нечестием, он может передаться и её сыну. В таком случае то, что мы укрепили, будет разрушено, ведь смерть очищает от всего греховного и несовершенного. Но мы не обратили Динара в нежить, а потому те изменения, которые мы внесли в него, обратимы. И если он погрузиться в нечестие, всё станет как прежде» Они двинулись исполнить задуманное, а Орман разрывался между тем, чтобы упрекнуть их в том, что они замыслили, и тем, чтобы устроить жизнь Эльзы по-новому. Однако за этот толнор он стал свидетелем того, насколько же велико мастерство некромантии, а также насколько могущественны её адепты. Он не был участником, но слышал от боевых магов о происшествии с космической спиралью разрушения, но эти сведения были сильно приукрашены в сторону именно красной башни, и практически ничего не было сказано об участии чёрной. Именно поэтому Орман открывал для себя мощь бледно-зелёного пламени смерти с самого начала именно сейчас. И по сравнению с белой башней, которая никаким образом не могла помочь этому парню, теперь чёрная была в его глазах всемогущей. Этим днём он понял, что по сравнению с Лукрецией и Лукасом он ничтожно-мал, а также то, что он не сможет обучаться тёмному искусству. В совокупности это всё значило лишь одно — в этой стране ему больше нечего делать. Сейчас он поговорит с Эльзой, а после покинет Лордиалех, чтобы попытаться найти величие в другой белой башне. А брат с сестрой, как и планировали, отыскали тех людей, которые в вечернее время преспокойненько потчевались в ближайшей таверне, ворвались туда в порыве жуткого ужаса, взмахом косы забрали жизнь одного из них, а после жуткий голосище Лукаса велел им больше не покупать женщин для собственных услад, а иначе участь, ещё более скверная, чем эта, настигнет также их. Сделав это, они ушли и покинули столицу.
